Его сконструировали не для того, чтобы он разоблачал обманщиков, если не считать одной очень узкой области. Его критерии... архаичны, как в анекдоте о Платоне, который назвал человека двуногим существом без перьев, а Диоген ощипал петуха и заявил, что он точно соответствует этому определению, после чего Платон внес уточнение, добавив, что человек - это двуногое существо без перьев и с плоскими ногтями.
Но какое отношение все это имеет к Максу?
Холлорен яростно тряхнул головой, пытаясь сосредоточиться. Но перед ним по- прежнему вставал человек по Платону - шестифутовый петух без единого перышка на теле и с очень плоскими ногтями.
Макс уязвим. У него должно найтись слабое место. В отличие от Платона он не может вносить уточнения в свои определения. Он не в состоянии отойти от них, как в от всего того, что из них логически вытекает.
- Черт побери! - сказал Холлорен вслух. По-моему, я-таки нашел способ.
Он попытался обдумать его подробнее, но обнаружил, что на это у него уже нет сил. Оставалось только одно: попробовать, а там будь что будет.
- Макс, - сказал он шепотом, - вот идет ощипанный петух, а вернее, нсощипанный петух. Сунь-ка это в свою космологию и прожуй хорошенько.
Он сам хорошенько не понимал, что, собственно, хочет сказать, но твердо знал, что сейчас сделает.
Капитан Битти и лейтенант Джеймс вернулись в лагерь в конце третьего земного дня. Холлорена они нашли без сознания. Это было следствием большого обезвоживания и солнечного удара. В бреду он кричал, что Платон пытался не пустить его в лагерь, и тогда Холлорен превратился в шестифутового петуха без плоских ногтей и тем посрамил ученого философа и его дружка робота.
Макс напоил его, завернул в мокрое одеяло и соорудил над ним светонепроницаемый тент из двух слоев пластика. Дня через два Холлорен должен был совсем оправиться.
Но перед тем, как потерять сознание, он успел написать на листке:
""Без пароля не мог вернуться. Сообщите, чтобы завод ввел в роботов ГР аварийный контур"", Битти не мог добиться от Холлорена никакого толку, а потому стал расспрашивать Макса.
- Но что произошло после этого? - спросил Битти. - Как он все-таки проник в лагерь?
- Он не ""проник"", - ответил Макс. - Он просто вдруг уже был там.