Всё-таки мы в гостях — а дедок, без сомнения, хозяин. Причём не какой-нибудь местный авторитет, а сам глава межмировой Организации. Самая влиятельная фигура во всём этом запутанном архипелаге реальностей.
Настя по мыслеречи, шепотом:
— Он такой тихий и незаметный…
Я мысленно хмыкаю в ответ:
— Не очень.
Хоттабыча я, конечно, почувствовал заранее, пускай он и накрылся ментальной невидимостью. Но виду не подал. Решил уважить старика. Не стал оборачиваться раньше времени. Да и вдруг это вообще была проверка меня?
— Председатель, здравствуйте, — говорю я, слегка кивая.
— Как поживаете, конунг? — голос у Хоттабыча скрипучий, как старая книжная полка.
— Леди Масаса была весьма гостеприимной, — отвечаю я с лёгкой полуулыбкой.
Масаса, стоящая у стены, косясь в мою сторону, слегка щурится. Ну да, не ожидала комплимента."
"— Вы уже угостились? — Хоттабыч бросает взгляд на стол. — Тогда пойдёмте, конунг. Поговорим наедине. Ваша супруга может остаться здесь, подождёт.
Я бросаю взгляд на Настю. Оборотница кивает, мол — всё нормально, иди.
— Пойдемте, — коротко соглашаюсь.
Мы с Хоттабычем выходим из комнаты, шаг в шаг, неспешно. Он идёт бесшумно, будто скользит — даже плащ не шелестит. И всё-таки интересно: почему он выбрал облик старика? Уж если кто и знает секрет вечной жизни, так это Председатель. Может, всё наоборот — случай, обратный Лиану? Только Лиан — вечный карапуз, а этот — вечный старец.
Коридор тянется вперёд, делает плавный поворот — и вдруг перед нами возникает стеклянная стена.
— Сперва хочу тебе кое-что показать, конунг, — негромко говорит Председатель.
За стеклом… дети. Ракхасы, казиды, человеческие малыши — все вперемешку. Кто-то бегает, кто-то хохочет, двое лепят что-то из сгустков Тьмы, словно пластилин. Ещё четверо играют в салочки, перебрасываясь импульсами Света, как мячом. В углу — горка игрушек, обвитая живой лозой. У подножия — бассейн, вода в котором мерцает мягкой маной.
— Вы хотели показать мне детский сад? — приподнимаю бровь.
— Да, — просто отвечает Хоттабыч. — Это наш садик. При Организации. Видите вон те шары на стенах? — он указывает на углы, где мерцают стекляшки. — Это магические камеры. Всё под контролем.
Я отмечаю про себя: а улыбчивые, симпатичные воспитательницы вовсе не так просты — каждая из них маг ранга Мастера.
— Очень продумано, — говорю вслух. Про воспитателей ни слова. Легионер-сканер — штука полезная, но секретная. Зачем светить. А вот предположить можно.