Я очень спешу, так что мы уходим.
С этими словами он снова поймал мое запястье и потащил за собой. Приходилось едва не бежать, чтобы успевать за ним. В «одно важное дело» я не поверила. Иначе почему мы удираем из храма, как будто здесь что-то испортили? Ясно одно — что бы ни произошло во время ритуала, этого ни в коем случае не должен заметить старик в балахоне.
Стоило нам оказаться за пределами храма, как я прямо спросила:
— Ритуал был нарушен? Я сделала что-то не так?
Генерал оглядел меня, словно впервые видит, а затем обошел меня по кругу.
— Все так, как нужно. Но почему так поздно?
— Поздно что? — нахмурилась я.
Меня наградили ещё одним долгим взглядом, значение которого я совсем не могла понять. Я напряженно смотрела на своего нового куратора. От мысли, что меня могут выкинуть из этой Академии, почему-то щемило сердце.
Но тут генерал тряхнул головой, словно отгоняя навязчивые мысли, и бесстрастно пояснил:
— Поздно пробудилась твоя сущность. Все остальные адепты уже поднялись в воздух и обрели хотя бы крылья. Тех, кто не смог этого сделать, отчислили. По просьбе Академии Запада тебе дали дополнительные полгода. За это время ты должна научиться пробуждать свою вторую сущность и пользоваться хотя бы частью её силы. Иначе тебя тоже ждет отчисление.
Я опустила голову. Мне дали ещё один шанс.
Рилун словно прочитал мои мысли:
— У меня все учатся на отлично, так что прохлаждаться тебе здесь не придется. За полгода тебе нужно получить не только знания, но и боевые навыки дракона. Занятия и тренировки начинаются уже завтра.
Я поспешно закивала. Дракон посмотрел на небо и заявил:
— Меня ждут. Сейчас я отведу тебя в общежитие. Познакомишься там с другими адептами, у меня их немного.
Вокруг нас снова взметнулась его магия перемещения. Когда вихри развеялись, я обнаружила, что мы стоим перед воротами.
Черная арка скалилась остроконечным узором из багровых линий. Окованные металлом створки были распахнуты. Мощеная дорожка начиналась сразу за ними и вела к башне — из какого-то темного камня с багровым шпилем на крыше. Выглядело здание каким-то пустым и нежилым.
Генерал коснулся моего плеча и тут же отдернул руку. А затем тем же бесстрастным тоном сообщил:
— Барьер на входе пропускает только моих учеников.