– Ты это к чему?
– Как бы твоих ребят в БМП не сожгли…
– Боевая машина пехоты будет работать не более пятнадцати минут. После чего, подорвав машину, экипаж примкнет к подгруппе. Задача Гарина и Шматко – расстрелять технику «духов», дом Нурзая, ну и подразрушить дома. Они успеют выполнить задачу до того, как выжившие после штурма талибы придут в себя.
– Я все понял, Алекс. Ты, как всегда, самое тяжелое берешь на себя!
– Могу уступить командование первой подгруппой тебе, – улыбнулся Тимохин.
– Благодарю. Я не смогу сделать того, что сможешь ты.
– Еще пара операций, и ты будешь давить «духов» похлеще нас. Все же опыт, Джон, – бесценная штука.
– Да, нам явно не хватает боевого опыта, хотя операций провели не меньше вас. Разница в том, что наши боевые операции по сложности не идут ни в какое сравнение с вашими.
– Все будет о’кей, Джон. Удачи тебе, дружище!
– Тебе удачи, Алекс.
Пожав друг другу руки, командиры диверсионно-штурмовых групп разошлись.
– Ты так готовишься к штурму, Миша?
– А чего мне готовиться? Я всегда готов.
– Потренировался бы в метании ножа.
– В этом нет никакой необходимости. Ты погляди лучше, как орел величаво парит над землей. Сделает пару взмахов своими большими крыльями – и висит в воздухе, высматривая внизу добычу… Это же какое надо иметь зрение, чтобы с верхотуры разглядеть среди камней тушкана или хорька? А может, он кровь чует? Чует, что скоро на плато ему будет чем утробу набить?
– Так! Отставить заниматься хренью.
– Умеешь ты обломы устраивать, Саня… И что у тебя за натура такая? Да сниму я «духа», не беспокойся. Одно не пойму: почему ты не меня на захват БМП определил? Я же буду уже в кишлаке.
– Ты мне на складах нужен будешь. Кстати, если не забыл, четвертый часовой тоже твой.
– Тот не в счет, из автомата я его срежу одной очередью. Это не «дух» на выносном посту, к которому надо выходить прячась. С четвертым все гораздо проще. – Шепель повернулся к Тимохину: – Слушай, Сань, мы все о новых ПЗРК говорим.