Эдакие домашние морские свинки в золотой клетке, которые бегают по периметру и крутят колёсико, чем безмерно радуют своего хозяина, – насмешливо произнесла Элизабет. – Даже ваши собратья с Захрана, если вдуматься, имеют мозгов больше, чем вы. Да, они пустили под откос экологию своей планеты и живут в полнейшей нищете и грязи, но они, по крайней мере, живут своей жизнью. Они сами выбирают что делать, на кого учиться, кем становиться.
Это прозвучало очень грубо, крайне цинично и безумно обидно. Ещё никто и никогда не сравнивал меня с морской свинкой.
– Нет, это неправда! – вырвалось само собой.
– Неправда? Ты хотя бы веришь в это? – Малиновые брови эльтонийки поползли вверх. – Ну, раз так, тогда скажи мне, сколько твоих друзей покинуло Танорг, чтобы посмотреть на Вселенную?
– Разве это важно, нам и у себя хорошо…
– Сколько твоих знакомых выучило иностранные языки помимо общечеловеческого и межгалактического?
– Но есть же лингвопереводчики, зачем… – не успела договорить, как меня вновь перебили.
– Сколько таноржцев делают что-то действительно важное, а не праздно проводят время? Легко осуждать других за какие-то действия или принятые решения, но как много таноржцев сами делают хоть что-то?
– Немного, но я же работала!
– Ремонтировала роботов? Джерри, ты делала это исключительно потому, что это приносило тебе удовольствие! И дай угадаю, брала на ремонт только те модели дроидов, которые были тебе интересны?
К щекам прилила кровь.
– Что плохого в том, что мне нравилась моя работа?!
– Да ничего, кроме того, что это было твоим хобби, Джерри, а не работой. Ты не впахивала с утра до ночи без выходных, ты не представляешь себе, что такое работать! Ты совершенно несамостоятельна и, прожив тридцать три года, не сделала ничего, что хоть как-то отразилось бы на твоей родине или на Федерации в целом!
– Я… я…
Я чувствовала себя рыбой, выброшенный на берег.