- А ты умеешь? - заинтересованно спросил он, поправляя брошь на правом плече, что держала его алую накидку полемарха на месте.
- Конечно, - возмутилась я. - Я не только хирург, я ещё и отменный кулинар! - патетично воскликнула я, устремив перст к голубому небу.
- И ещё ты стекловар, - добавил он, беря меня за руку и целую внутреннюю часть ладони. - Хорошего дня, Аглая Арис.
- Пока ещё не Арис, - лукаво улыбнулась я.
- Уже давно, - покачал он головой и, подмигнув мне на прощание, устремился на выход из центрального холла.
Я осталась на месте и просто смотрела ему вслед.
- Госпожа Аглая! - окликнула меня Пенелопа, появляясь из бокового коридора, - какие будут распоряжения?
- Начинайте уборку в тех помещениях, в которых будем сегодня ночевать, в первую очередь для женщин, - усмехнулась, - мы теперь в Спарте, мужчины, если что, потерпят временные неудобства.
- Хорошо, госпожа, - улыбнулась девушка.
- А где гиатрос Иринеос? - уточнила я, с момента заселения в дом прошло не более часа, а шебутного лекаря что-то не было слышно.
- Он отправился к своим родным, - получила я ответ, немного меня озадачивший.
- Он мне ничего не сказал, - покачала я головой.
- Не стал отвлекать вас от разговора с полемархом Алкеем, - улыбнулась Пенелопа. - Мой муж обещал вскорости вернуться, - добавила она, а я кивнула и отпустила её выполнять поставленные задачи.
- Пенелопа, - окликнула я её, - выдели мне пару помощников. Сегодня я буду готовить ужин.
По мелькнувшему в её глазах удивлению, поняла, что здесь так не принято, но, к чести девушки, она не стала мне что-либо говорить, а просто поклонилась и сказала:
- Майю и Асэ отправлю на кухню.
- Хорошо, - удовлетворённо кивнула я.
И только я шагнула на выход из общей залы, как из левого коридора, где находилась мужская половина, вышли мои помощники. Синхронный поклон пяти помощников и Леон, спросил:
- Госпожа гиатрос Аглая, какие будут поручения?
Мне хотелось бы, чтобы они обращались ко мне просто Аглая или гиатрос Аглая (без приставки ""госпожа""), но Геракл был категорически против такого панибратства, обосновав сие полнейшим пренебрежением к правилам того общества, в котором мне теперь жить.
- Тебя даже сами местные не поймут, - припечатал он напоследок и мне пришлось смириться.
Задумчиво обведя серые стены дома, вдруг подумала, что было бы неплохо обить их светлым деревом - должно получиться очень уютно и освежит это чуть мрачноватое помещение.