В любом случае он не показал бы мне пленку. Я не имел никакого отношения к этой работе."
"— Я не хочу знать. Меня больше волнует, что делать, если тебя поймают. Эти твои старые трясущиеся руки доживут свои дни в тисках для пыток. Они там не лохи в своей Грузии, дружище.
— Пробраться в тот дом, это как два пальца об асфальт, дружище. Кто, по-твоему, работал во всех тех банках в Боснии?
— Я подумал о тебе, когда прочел эту историю.
Ближе к концу войны в Боснии Фирма захотела наложить лапы на финансовые документы некоторых чиновников в правительстве и высших армейских офицеров, получавших взятки от наркоторговцев и крупных сутенеров.
— Ага, нужно было и себе пару шиллингов взять тогда, как думаешь? В таком случае меня бы здесь сейчас не было…
— Так за какое ты «маленькое дельце» взялся?
Экран погас, и Чарли, подняв глаза, посмотрел на меня.
— Не могу тебе пока что сказать. Поехали со мной вторым номером, и я скажу тебе, когда прибудем в Грузию. Мне необходимо сделать дело в субботу, так что сегодня поздно вечером нужно уезжать отсюда.
— Почему в субботу?
— Баз в отлучке, но он вернется в воскресенье. Так что у меня нет времени болтаться тут и трепаться, дружище. Пора принимать решение. — Он поднял бровь в ожидании ответа.
— Какой?
— Самый главный, дружище. — Он сделал глубокий вдох, и его лицо приняло такое напряженное выражение, какое бывает у человека, когда он задумывается над тайнами вселенной. — Я имею в виду, что сейчас на дворе двадцать первый век. Так ответь мне: каким же нужно быть придурком, чтобы в наше время ходить с такой стрижкой?
Он загоготал.
Он смеялся так сильно, что схватился за бока.
— Я вот что тебе скажу, Чарли, — устало сказал я, — ты позвонишь Хэйзл и скажешь ей, что с тобой все в порядке и что я с тобой, а я подумаю над твоим предложением.
Часть четвертая
Глава первая
Тбилиси, Грузия
Суббота, 30 апреля
Меня разбудил звук объявления по громкой связи, из которого я не понял ни слова, но сразу после этого самолет пошел на снижение.