Я надеялся найти список грузинских политиков с персональными данными каждого.
Чтобы вычислить код сейфа и взломать его, необходимо понять психику человека. Удивительно, но очень часто код остается таким же, каким изначально был на заводе, — как правило 100, 50, 100. Я не слишком разбирался в стандартных настройках восточноевропейских сейфов, но Чарли уж знал в этом толк.
Если вы меняете код и выбираете новую комбинацию, то есть вероятность, что вы просто ее забудете; точно так, как с ПИН-кодами. Поэтому люди стараются использовать те числа, которые они знают, например дату их рождения, регистрационный номер машины или номер телефона.
Все оказалось даже проще, чем я мог надеяться. У грузинского правительства был сайт с опубликованной персональной информацией. Базу было только 45 лет, он родился 22 октября 1959 года. Но жизнь его, вероятно, была непростой: на фотографии был изображен лысеющий мужчина с несколькими седеющими прядями; тощий как грабли.
Маленький значок над каждым компьютером вежливо напоминал пользователям, что они не должны удалять список с историей поиска. Возможно, магазин отдавал полиции распечатку с этими данными каждые двадцать четыре часа, а может, они проверяли их после каждого пользователя. Стараясь получше спрятать свой список, я стер все дочиста, а потом залез на несколько других сайтов.
Через два перекрестка от МакДональдса я свернул налево и пошел вперед по направлению к улице Барнова.
Сотовый завибрировал у меня в кармане, как раз когда мимо проезжал бело-голубой «пассат».
"— С моей стороны все чисто, а в кабаке полно народу. — Он проверял дорогу, параллельную нашей улице, которая вела к кабаку «Приморскому», выясняя, не произошло ли там убийство или что-то в этом роде, из-за чего ребята На бело-голубых машинах могли бы перекрыть улицу. Он сказал, что хочет быть там за пятнадцать минут до меня. Здесь я не мог с ним спорить: он был мастером, я же лишь чернорабочим.