Павлинарх расплывается в широкой улыбке и восклицает:
— Конунг, а теперь еще и король Данила! Для меня большая честь, что ваши переговоры с Вульфонгией пройдут в моём дворце!
В свою очередь отвечаю:
— Павлинарх, за ваше гостеприимство хочу выразить особую благодарность. Примите, пожалуйста, скромный подарок.
Из кармана разгрузки вытаскиваю свирель — длинную, узорчатую, с искусной резьбой. Павлинарх берёт её аккуратно, будто вещь могла рассыпаться от неосторожного движения, и с интересом осматривает:
— Ого! Какая флейта! Это что-то редкое?
Я киваю:
— Да.
— Оу-у-у! — на глазах короля павлинари выступили слёзы счастья. Он прижимает дудку к груди. — Данила, это подарок от всего сердца!
Жена Павлинарха, королева Павли, стройная, изящная, с перьями, переливающимися всеми оттенками синего, мягко улыбается и, растерянно покрутив головой, удивляется:
— Конечно, дорогой… А где же ваша свита, король Данила?
Я чуть оборачиваюсь на спутников, показывая рукой:
— Это моя избранница Айра, мой верный вассал Ледзор и моя верная помощница Змейка.
Змейка хмыкает и, как всегда, лаконично добавляет:
— Я — Мать выводка, фака!
Павли не удовлетворяется и уточняет:
— Очень приятно, уважаемые! Но, Ваше Величество, если честно, я имела в виду не ближайших спутников, а вашу королевскую свиту и охрану.
Я спокойно поясняю:
— Свита тавров прибудет отдельно и чуть позже.
Павли с любопытством наклоняет голову, перья на её голове шелестят:
— Откуда же ваши дружинники прибудут?
— Из Тавиринии, конечно.
Павлинарх слегка приподнимает бровь, его позолоченная цепь на груди поблёскивает на солнце:
— А вы сами разве не через Тавиринию ехали к нам, Данила?
Я качаю головой:
— Нет, я ехал через Вульфонгию. Посмотрел их леса, пообщался с людьми, — имею в первую очередь «легальных» разбойников, которых сгубила собственная жадность.
Королева Павли невольно вскидывает руку к губам и восклицает:
— О боги! Вы шли через земли этих дикарей⁈ Как же вы добрались живым⁈
Павлинарх тут же осаживает её, насупившись, голос его становится жёстким:
— Павли, что за тон!
Королева виновато поджимает пухлые губы, тонкие пальцы сцепляются на поясе:
— Прости, мой супруг. И вы меня простите, дорогой друг, король Данила! Ваш выбор пути меня поразил.