Слуги метаются по всему дворцу, отключая артефакты, глушащие порталы, а церемониймейстеры в парадных одеяниях собирают дворцовую стражу. В зале раздаётся звон оружия и гулкие шаги — стражники выстраиваются в шеренги по обе стороны будущего прохода.
Вскоре воздух в центре зала вспыхивает мягким светом, и портал медленно раскрывается. Через него величаво выходит Масаса. Фанфары трубят, стража выстраивается в торжественном карауле.
Павлинарх, уже переодевшись в яркую одежду, поспешно выбегает вперёд и с глубоким поклоном произносит:
— Великая леди Организатор! Для нас большая честь, что вы прибыли в мой дворец!
Масаса даже не обращает на шумиху вокруг внимания.
— Пожалуйста, оставьте нас наедине с королём Данилой.
* * *Усадьба Вещих-Филиновых, Москва
Света сидела в кресле, поглаживая круглый живот. В соседнем кресле устроилась Камила с прямой спиной и дежурной улыбкой на чистом нежном лице.
Дверь открылась, и в комнату вслед за слугой вошёл наследник маркиза Франсуа д’Авилон. Француз замер, чуть склонившись в учтивом поклоне:
— Добрый день, прекрасные мадам!
— Здравствуйте, шевалье, — откликнулась Камила.
— Драсьте, — протянула Света, недовольно надув щёки.
— Я буду краток, мадам, — Франсуа понял, что его обаяние не действует на этих графинь-королев, а потому принял деловой тон. — Насчёт колыбели — она издревле принадлежала нашему роду.
Светка хмыкнула:
— Вы врёте! Экспедиция аукциона нашла её в Антарктике, это указано в декларации, которая прилагалась к артефакту. Кроме того, на колыбели нет никаких меток о принадлежности вашему роду. К тому же я специально изучала вопрос. Раньше французы делали колыбели прямоугольными. А эта — круглая.
Франсуа напрягся. Лицо его вытянулось, в глазах мелькнуло раздражение. Он всё же попробовал сделать последнюю попытку:
— Но у нас есть легенда, что такая колыбель принадлежала нашему роду…
Светка приподняла брови:
— Эта легенда задокументирована в ваших архивах?
Маркиз замялся, скомкано пробормотав:
— Нет… только устный рассказ, что передаётся из поколения в поколение…
Светка закатила глаза:
— Ой да кончайте заливать! Уходите!"
"— Думаю, вам, правда, лучше уйти, шевалье, — холодно улыбнулась Камила.