Глаза у него расширяются.
— Принц Брикс?.. Это вы?.. Разве вы не погибли от магической лихорадки? Так сказал король!
Голос его дрожит.
Он кажется потрясённым.
— Дядя Сибан! — радостно восклицает Брикс, подходя к старику и обнимая его так крепко, что у генерала рёбра хрустнули. — Это же вы! Я вас помню! Вы приносили мне мятные пряники, когда я был маленьким!
Он и сейчас-то не очень большой в ментальном плане.
— Хх… Что с вами случилось? Г-где вы были всё это время? — генерал пытается оправиться после медвежьих объятий будущего короля.
— Я годами бродил в Лабиринте Первозданной Тьмы, — просто отвечает Брикс. — Пока дядя Данила меня не вытащил.
Я усмехаюсь:
— Похоже, лорд Сибан, вы служили лжецу, что наврал про смерть наследника и забрал его корону. К счастью, у вас есть шанс исправиться. Ну что, присягнёте законному королю?
Сибан смотрит на Брикса.
А потом его плечи опускаются, взгляд становится притупленным, и я замечаю — в уголках глаз у него проступает влага. Не от слабости. От воспоминания.
— Но… что стало с… нынешним королём? — шепчет он.
Я отвечаю спокойно, как выносят приговор:
— Ему скоро придёт хана. И вы получите его голову как доказательство. Ну а пока отправляйтесь к себе и подумайте над своим поведением.
Резко хватаю генерала за воротник, поднимаю одной рукой, как тряпичную куклу, и активирую портальщика. Воздух вокруг трескается, складывается в воронку, и перед глазами возникают знакомые очертания лагеря.
— Всего доброго, лорд Сибан. И передайте остальным: король уже здесь.
Я швыряю его в кусты возле глушилки и возвращаюсь во дворец.
* * *Замок Ламара, Примолодье
Багровый Властелин велел позвать лорда Зара. Двери распахнулись, и внутрь шагнули Зар и лорд Ауст. А уже в зале, у одного из витражей, стояла леди Красивая. Голос Властелина дрогнул — от той пронзительной радости, что редко посещает существ, переживших века:
— Лорды, моя пра-пра-внучка хочет вам кое-что сказать.
Красивая, уверенная и сдержанная, сделала шаг вперёд:
— Я хотела выразить благодарность вам, лорды.
Багровый Властелин махнул рукой, будто отгоняя похвалу — но лицо его светилось гордостью:
— О, конечно, не стоит благодарности.
Позже, в коридоре, когда лорды остались вдвоем, Зар переглянулся с Аустом и, понизив голос, проговорил:
— Теперь мы в долгу перед Филиновым. Он ведь сам мог отключить ту глушилку. Но позволил нам помочь ему.