Выставив мою сестру из дома и вернув её измождённое надломленное воплощение отцу, этот говнюк снабдил Миру девятизначным счётом в банке!
Это решило многие наши проблемы, нужно отдать ему должное!
Перед глазами тут же возникает лицо другого Джафарова и, чёрт бы побрал их проклятую семейку, я не понимаю, каким образом тот другой Джафаров опять просочился в мои мысли?!
Во всех своих мельчайших подробностях!
С этими его глазами, которые приструнили моих чертей за считанные секунды, потому что такого опасного, влекущего за собой большие последствия взгляда, я не видела.
Мне показалось… он довольно молод… возможно, мой ровесник...
Четыре года назад на той злосчастной свадьбе он был другим..."
"Да уж, четыре года назад издалека он не казался таким говнюком!
Откуда в нём это, чёрт возьми?!
Такой человек, как Аид Джафаров, решает проблемы геморроя раскаленной кочергой!
Мужлан!
К черту его! Мы больше никогда не увидимся, и слава богу!
Выключаю свет и выхожу на улицу.
Моя сестра совершенно не умеет обращаться с деньгами. И я совершенно не удивлена тому, что её белокурая голова в первую очередь родила идею меценатства, а не бизнеса, чтобы приумножить свои капиталы. На свои деньги (а я убеждена, что она эти деньги заслужила!) сестра решила основать что-то вроде центра помощи и поддержки женщинам, оказавшимся в трудных жизненных обстоятельствах.
Таким же женщинам, как она сама когда-то.
Тем, которым некуда пойти, которые зависят от своих мужей или отцов.
Центр, это конечно громко сказано.
О том, как это сделать я знаю очень мало, а Мира вообще ничего.
Но… мы начали… хоть с чего-то. Нашли подходящий дом в тихом квартале, и сейчас он реставрируется. Там жуткие сквозняки, скрипучие паркетные полы и много паутины…
Осматриваю бликующий тротуар, поворачивая ключ в замке.
Взятая напрокат машина припаркована прямо напротив, хоть здесь и запрещена парковка. Забрасываю коробку на заднее сидение и быстро иду к багажнику.
Запрыгиваю в салон старого потрёпанного седана и включаю печку, потирая замёрзшие руки.
Осматриваюсь, удостоверившись в том, что стемнело достаточно.
Медленно трогаюсь, зачем-то прижавшись к рулю. Пробираюсь вниз по улице, не включая фары.
Через триста метров торможу и делаю глубокий вдох.