Уставившись на это чудо, пока оно приближалось, я была вынуждена признать, что мой лаконичный комментарий несколько не соответствует действительности. Назвать эту женщину просто большой было кощунством с моей стороны. Вроде бы все верно, но… абсолютно не отражает того, что же ты видишь на самом деле. Да уж, великолепный образчик…
Прежде чем Донита смогла что-либо ответить мне, женщина уже стояла перед нами, заполнив собой все свободное пространство. Мой очаровательный адвокат тепло улыбнулась: ""Ангел, я хотела бы представить тебе своего друга, Рио.
Улыбнувшись так же тепло, я протянула руку: ""Привет, Рио. Очень рада"".
Выражение ее лица мгновенно изменилось. Меня обдало таким холодом, что я сразу вспомнила свою первую встречу с Мышью или Дерби там, в Болоте. Ее непроницаемые черные глаза тщательно меня оценивали. Вот только тот Ангел, маленькая испуганная девочка, когда-то делавшая первые робкие шаги в Болоте, давно исчезла. Из ворот тюрьмы вышел совсем другой человек. И еще больше этот человек изменился в течение последнего года.
Именно Донита наконец остановила наш молчаливый поединок, шагнув между нами. Взяв меня за руку, она посмотрела на Рио.
– Вещи упакованы?
– В багажнике.
– Значит, все готово?
– Да.
– Хорошо. Мы через минуту.
– Прекрасно."
"С этими словами женщина-гора развернулась и пошла обратно к машине.
– Если мы наблюдали прибытие того, что мне, по-твоему необходимо, Донита, то уж лучше я рискну иметь дело с Кавалло, – прошептала я, поскольку Рио, стоящая возле машины, смотрела так, словно хотела сказать окружающему миру: ""Ну, кто тут на меня?""
– Я… не пойму, что с ней не так, Ангел.
– Ну, может она имеет кое-что против зеленоглазых блондинок?
– Нет. Она бывает немного замкнута время от времени, но…
– Это, по-твоему, ""немного замкнута""? Не знаю, Донита, заметила ли ты, но по сравнению с ней Айс – просто Шалтай-Болтай какой-то!
Неловко улыбнувшись, Донита повернулась ко мне:
– Дай ей немного времени, чтобы получше узнать тебя, Ангел.
– Мне не нужны болельщики, Донита. А вот что мне действительно необходимо, так это чтобы на меня не смотрели так, словно я – то самое дерьмо, в которое она только что вляпалась.