– Я спала четыре часа, а это, – ткнув пальцем в тарелку, – далеко не предел моих мечтаний. Соответственно, настроение у меня паршивое, и нет никакого желания все следующие выходные отмывать лаборатории только потому, что я не сдержалась и прокляла тебя чем-нибудь позабористей.
– Я к тебе со всей душой, – хмыкнул он и подложил в мою тарелку пирожок, который одуряюще пах мясом, – а ты…
– В чём подвох? – Скрестив руки на груди, я откинулась на спинку стула, чтобы оказаться подальше от еды, и с подозрением уставилась на боевика.
– Знал, что ты не ешь эту гадость, решил порадовать, – обаятельно улыбнулся тот, не произведя на меня никакого впечатления.
– В прошлый раз, когда ты решил порадовать меня яблоком, в нём оказался полный справочник по зельям, от приворотного до слабительного.
– Да брось, Аурелия, я же извинился!
– Ты серьёзно считаешь фразу: «Жаль, что не сработало!», извинением?!
– Давай не будем, – скривился Рик, – ты мне за это ещё тогда отомстила, так зачем трогать прошлое?
Не поспоришь – действительно отомстила.
– Мне лень ходить кругами, – хмыкнула я, с ненавистью смотря на обожаемый пирожок, – говори, что тебе нужно и проваливай!
– Пойдёшь со мной на Зимний бал?
Что-что?.
Но нет, подвоха не предвиделось – Рик смотрел голубыми, наглыми, но абсолютно честными глазами. Хуже того, весь он вдруг стал как-то на пару лет старше и настолько же серьёзнее. Ему бы ещё цветы и встать на одно колено – ни одна студентка курса так до четвёртого не устояла бы.
Потому что те, кто постарше уже знают, на что способен этот красавчик. И тем обиднее, что мои умственные способности занизили на два курса.
– Будем считать, что я посмеялась, так что не задерживаю.
– Аурелия Стефания Грасс, – Рик повысил голос, и на нас стали оглядываться, – я прошу тебя встретить со мной начало нового года и стать моей белой розой на Зимнем балу.
Придурок! Идиот! Вот всегда сомневалась в наличие хоть капли ума у боевиков, все мозги им на полигонах ещё в первые полгода отбивали. И вот вам, пожалуйста, доказательства на лицо.