Я с удивлением подумала, как они стул самого куратора не заняли?
Но предавалась я таким отвлеченным мыслям недолго.
– Рея, присаживайся, – спокойно произнес господин Шортан и отпустил мой локоть.
Инстинкт самосохранения тут же подсказал, что нужно быть поближе к двери, поэтому я сделала несколько шагов назад и прислонилась спиной к косяку. Если что, бежать будет легче, опять же если магию не удержу, то меньше книг пострадает. В общем, мной завладела мысль о спасении: меня, книг, снова меня. Да, себя я хотела спасти даже два раза.
– Я лучше тут постою, – отозвалась я.
– Нет, присаживайся. Разговор у нас с тобой будет серьезный и непростой, – стал подходить ко мне куратор, намереваясь, если понадобится, силой оторвать от косяка и усадить на стул.
От слов про непростой разговор и от того, что господин Шортан приближался ко мне, меня взяла оторопь и ужас прокрался в душу. В общем, застыла я столбом и двигаться хоть в какую-нибудь сторону отказывалась. Но куратору мое сопротивление не показалось непреодолимым, он с легкостью отодрал от стены свою перепуганную студентку и посадил на стул.
– А вот теперь поговорим, – начал куратор и почему-то замолчал.
Смотрела я упорно на свои колени, боясь поднять глаза и встретиться взглядом с куратором. Но господин Шортан продолжал молчать. Набравшись храбрости, я посмотрела на него. Мужчина задумчиво потирал подбородок, в нерешительности он не знал, с чего начать.
– Сегодня, во время поездки в почтовой карете, ты спала на моих руках, – заговорил господин Шортан.
Вот уж чего не ожидала. Точнее, не ожидала, что спала в его руках и того, что он именно об этом начнет говорить. Осознав, что всю дорогу меня обнимал посторонний мужчина и это видели все пассажиры в карете, я залилась краской. Тайные поцелуи в темноте, когда никто не видит, – это одно. А спать в объятиях мужчины на всеобщем обозрении – совсем другое.
– Я со свадьбы ехала, больше суток не спала, – начала я оправдываться, но он прервал меня.
– Рея, давай все-таки я буду говорить, – мужчина даже руку протянул ладонью ко мне, чтобы остановить робкие оправдания.
Пусть говорит, хотя бы узнаю, что еще натворила в карете. Надеюсь, ничего во сне не говорила? Вновь опустила взгляд на свои колени и приготовилась слушать. Ждать опять пришлось долго. Но теперь торопить его я не собиралась.