Мы летали легко, как снежинки, которые кружились вместе с нами, и смеялись от счастья, от того, что попали в сказку. Мужские руки вели в этом танце, и мне это нравилось. Когда мне захотелось, чтобы это никогда не заканчивалось и чтобы этот снег не стал снегом нашей разлуки, а был лишь началом, засыпав все, что случилось до этого, дав нам возможность начать все заново, с чистого листа, как этот белый снег, магия дрогнула, и мы почти рухнули в пушистое покрывало, усеянное замысловатыми узорами нашего танца.
Лицо мужчины склонилось ко мне, и теперь я даже не была уверена, что боюсь его или хочу убежать прочь. Зрачки знакомо вспыхнули зеленым огоньком, а я завороженно смотрела в глаза своему страху и очень хотела этого поцелуя.
– Не надо, – тихо произнесла я, вспомнив, что рисунок на руках не позволит отдаться романтике момента.
– Хорошо, – тепло улыбнулся полуоборотень, протянул руку и прохладными пальцами провел по моим горячим губам.
Это было так же трогательно, как сам поцелуй, и сердце тревожно забилось. Его глаза мерцали зеленым огоньком, а взгляд был прикован к моим губам.
Шортан поднялся, подал мне руку и помог встать на ноги, обнял, и мы направились к едва заметным огонькам. В том, что мы идем в нужном направлении, я нисколько не сомневалась, нюх волка никогда не подводит."
"Поземка заметала все, что мы сотворили этой прекрасной снежной ночью, будто давая нам возможность попробовать еще раз.
На постоялый двор мы вошли шумные, раскрасневшиеся и очень довольные. Потом пришлось долго вытряхивать усыпанную снегом одежду, при этом мы все время посмеивались и переглядывались. Нам обоим очень нравилась эта суматоха.
Оказавшись в комнате вдвоем, я не ощущала неловкости, как в прошлый раз. Какое-то теплое чувство, поселившееся в груди сегодняшней ночью, заняло место страха перед полуоборотнем.
– Рея, ложись отдыхать, – улыбаясь, тихо произнес куратор.