Змей поднял палец.
— Мари, я обещаю, что, если ты не нарушишь обычаи и не вмешаешься, и Буч, и Итан останутся в живых. Клянусь. Но! Вмешаешься — и я начну войну.
Люшер с удивлением понял, что предложение Змей делает совершенно не ему. Форос даже не смотрел в его сторону, буравя меня глазами.
Толпа ахнула. Итан зажал брата под мышкой и теперь волок его вниз. Перед ним встал оборотень в безрукавке и толкнул моего альфу ногой. По лицу. Еще и еще раз. Лениво избивая бывшего наследника перед публикой.
Упираясь локтями, Итан пытался двигаться вперед, снова и снова утыкаясь в ноги играющего с ним оборотня. Его лицо в кровавых подтеках было странно искажено, один глаз заплыл. Это было поражение.
Сначала ему сопереживали, а потом островками в толпе начал вспыхивать смех. Двуликие не уважали признаки слабости.
— Целуй ему ноги! — закричал чей-то глумливый голос.
— Все будет хорошо, — шептал Форос, но я уже не слушала.
— Меняйся! — заорала я в лучших привычках эмоционально несдержанных оборотней.
Светлогривый пнул моего альфу в плечо и недовольно обернулся ко мне:
— Девка, не переживай, сегодня к тебе придет настоящий тигр.
Он сообщал еще какие-то подробности своего обещания, но все смотрели на то, что творилось на ступенях.
Итан сел, повернув в мою сторону почти ослепшее лицо. И беззвучно закричал. Задергался. Его тело замерцало, заискрилось сполохами. Я счастливо и громко рассмеялась. Да, я не знала точно, только подозревала, у него есть зверь. Но оказалась права.
Внезапно контур его фигуры затуманился, и на ступенях, опираясь мощными лапами, нервно хлеща себя по бокам хвостом, появился огромный золотой тигр.
Зверь повернул морду налево-направо, оглядывая зрителей, потом посмотрел на тело Буча.
Опомнившись, тот бросился следом, размахивая ножом, и тут же получил случайный удар мотающимся хвостом по ногам, от чего споткнулся и упал, громко ругаясь.
Аккуратно спустив брата с последней ступени, Итан развернулся и запрыгал наверх за следующим пострадавшим.
Ситуация начала приобретать гротескный оборот.