Должно быть, он зазубрил мнемонические рифмы и самостоятельно практиковал цингун бессчётное количество раз. Ведь, несмотря на панику, в опасной ситуации парнишка всё же не перепутал шаги.
Днём ранее Юй Цюфэн сильно пострадал в бою с Вэнь Кэсином и теперь был не в лучшей форме. Когда Чжан Чэнлин с разбега врезался в него головой, глава Юй выронил меч и яростно взревел:
— Не дайте им скрыться!
Чжан Чэнлина немедленно окружили жаждущие его поимки герои. При всём старании мальчик не одолел бы их самостоятельно, и Вэнь Кэсин со вздохом вручил Чжоу Цзышу полупустой пакетик с орехами:
— Посторожи-ка.
С громким смехом он ринулся в атаку, а Чжоу Цзышу остался охранять лакомство, брезгливо зажав мешочек двумя пальцами и держа его в вытянутой руке. Он действительно находил грецкие орехи отталкивающими из-за отвратительного запаха и кошмарной формы, похожей на крошечный человеческий мозг. Кучку крошечных мозгов! Но даже в такой нелёгкой ситуации Чжоу Цзышу ни на миг не переставал руководить Чжан Чэнлином.
Вмешательство Вэнь Кэсина отвлекло всеобщее внимание, и Гу Сян воспользовалась шансом подобраться к Цао Вэйнину. Походя отправив в полёт какого-то парня, попытавшегося её остановить, Гу Сян грозно уставилась на Мо Хуайкуна.
«Кто бы ты ни был, — подумала девушка, — если посмеешь преградить мне путь, я тебя к праотцам отправлю!».
Но не успела она приблизиться, как Мо Хуайкун внезапно охнул и согнулся в три погибели. Со страдальческим лицом он указал пальцем на сбитую с толку Гу Сян и прохрипел:
— Эта… маленькая ведьма… слишком сильна.
Гу Сян и Цао Вэйнин изумлённо переглянулись, не понимая, как на это реагировать. Мо Хуайкун устал ждать, когда до них дойдёт, приоткрыл один глаз и выругался:
— Бегите, глупцы! Чего столбом встали?
Гу Сян парой движений кинжала перерезала верёвки, связывавшие Цао Вэйнина.
— Благодарю вас, шишу, — шепнул на прощание Цао Вейнин.
— Старший, мы до самой смерти не забудем твою милость, — последовала его примеру Гу Сян. — Вернувшись домой, я обязательно воздвигну мемориальную арку[306] в твою честь!"
"«Замолчи, мать твою! Тебе и всей твоей семье мемориальную арку уже наверняка воздвигли!», — выругался про себя притворявшийся бесчувственным Мо Хуайкун. Несмотря на приятную внешность девушки, её речи серьёзно били по нервам.