Но это не значит, что они не мечтают меня убить, — Вэнь Кэсин перевел дыхание, прежде чем договорить: — Обитатели Долины весьма находчивы. Они неустанно выдумывают новые козни и пользуются малейшей возможностью. Сейчас они ищут секретное руководство Жун Сюаня, чтобы своими руками стереть в порошок осточертевшего верховного призрака. То есть, меня.
Чжоу Цзышу пристально посмотрел на него.
— Насколько я знаю, для призраков покинуть пределы Долины и «выйти на солнечный свет» смерти подобно. Тем не менее, они прорываются во внешний мир и раздувают здесь пожар, навлекая на себя всеобщий гнев.
Вэнь Кэсин беззвучно рассмеялся:"
"— Удивляешься, что я до такой степени их всех допёк? Прежде ни один Хозяин Долины не правил дольше трёх лет. А я восьмой год отказываюсь прислушаться к намёкам и по-тихому наложить на себя руки. Конечно, мои призраки близки к отчаянию. Не вечно же им ждать!
Казалось, Чжоу Цзышу глубоко задумался над последним заявлением.
— Не будь мои дни сочтены, я рискнул бы выдернуть тебя из этой каши, — произнёс он после длинной паузы.
Вэнь Кэсин словно ударился в невидимую стену посреди ночной дороги и резко повернул голову. Он мучительно долго вглядывался в лицо Чжоу Цзышу, пытаясь определить, шутит тот или нет.
— Что ты сейчас сказал? Ты хочешь забрать меня себе?
Ответом ему был лёгкий смех.
— Неважно, кто ты и где.
«Никто не поймет этого лучше меня». Чжоу Цзышу на своей шкуре испытал все прелести такой западни, но остатки его слов растворились в мимолетной улыбке.
Уже светало, когда след Лю Цяньцяо внезапно оборвался. Безрезультатно обшарив кусты, Чжоу Цзышу и Вэнь Кэсин собрались повернуть назад, когда до их слуха донесся отчаянный женский вопль. Чжоу Цзышу сразу подобрался и двинулся на голос. Используя цингун, они с Вэнь Кэсином быстро отыскали нужное место.
Лю Цяньцяо уже получила стрелу в плечо, но продолжала отчаянно отбиваться от человека, который явно не собирался отпускать её живой. Спрятавшись за углом, Чжоу Цзышу и Вэнь Кэсин удивленно переглянулись. Противник Зелёной Лисы также был им хорошо известен. Это был Хуан Даожэнь, глава школы Цаншань.