В руке всадник держал небольшой глиняный кувшин, за его спиной угадывался массивный двуручный меч.
Это был Е Байи.
Узнав старшего, Чжан Чэнлин удивлённо вскрикнул, и Гу Сян пришлось зажать ему рот ладонью. Потрясение мальчишки можно было понять — с момента их расставания в поместье Марионеток прошло всего несколько месяцев, а тёмные волосы Е Байи успели поседеть наполовину. Строгое, словно высеченное из камня, прекрасное лицо осталось молодым, но контраст серебристых волос и нетронутой временем юности выдавал касание еле уловимого дыхания смерти.
"Вытянув шею, Цао Вэйнин выглянул из укрытия, чтобы хорошенько рассмотреть новоприбывшего. Взгляд молодого человека остановился на невиданном ранее мече за спиной Е Байи. По первому взгляду можно было подумать, что он носит чжаньмадао,[455] поскольку оружие было чрезвычайно широким и длинным.
— Это… Это легендарный клинок, Хребет Дракона… Это… — оторопело пробормотал Цао Вэйнин.
Прищурившись, Гу Сян посмотрела на меч, а потом обернулась и спросила, ни капли не стесняясь своей неосведомлённости:
— Что ещё за клинок такой?
Цао Вэйнина сотрясала мелкая дрожь. Он подтянул Гу Сян за рукав поближе и объяснил с пробивающейся в голосе нервной дрожью:
— Предания гласят о трёх легендарных мечах. Первый — духовный безымянный меч Умин. На этом мече нет гравировки с именем, а знаменит он необычайно ярким блеском стали и непревзойдённой заточкой. Второй — тяжелый меч Дахуан, Великий Простор, — генерал среди мечей.