Чистой, возвышенной. А наша любовь темная…
– Такая, как есть, Бэлла… И я больше от нее не отступлюсь. В глотку вгрызусь любому ради нее. Ради Тебя. Ради Нас.
Обходит меня, встает сзади. Опускает свое лицо, нюхая меня, откидывает мои волосы на одну сторону, вгрызается в шею. Мне кажется, он сейчас реально укусит меня и начнет пить кровь, как вампир… Дергаюсь, резко наклоняю голову к стороне, где его губы, пытаюсь оттолкнуть плечом, от чего крепко связанные руки сводит острой болью…
Отрывается, наконец, садится передо мной на колени, придвигаясь близко-близко.
– Разведи ножки, Бэлла… Хочу посмотреть на тебя…
Глава 18
Алан
Она сглатывает, но слушается.. Наверное, потому что чувствует, мне сейчас не до шуток…. Я так зол, голоден по ней и возбужден, что реально порву… Потом сам буду зализывать и вымаливать прощение, но «до» может произойти все, что угодно.
– Шире, – приказываю я и рычу, когда вижу, как между стройных длинных ножек появляется белый треугольник….
– Малютка моя, так хотел тебя с первой минуты, как увидел на своем бое… Тогда уже понял, что пропал…
– Ты всем своим… – делает паузу, не подобрав слово, – говоришь «малютка»?
Я горько усмехаюсь, качая головой.
– Знала бы ты… Только ты, Бэлла… Ты… Ты даже представить не можешь, что в моей душе происходит, когда думаю о тебе. Ты мой грех и моя святость, Бэлла.
Я беру ее ножку в руки и начинаю целовать. Пальчик за пальчиком, двигаюсь выше, оставляя влажные дорожки на голени, икрах, коленке, внутренней стороне бедра. Бэлла дрожит, а когда я добираюсь до ее промежности, с болезненным стоном выгибается.
А я с ума схожу от ее вкуса и запаха. Из моей глотки вырываются какие-то дикие гортанные звуки – плевать.
"Не проходит и минуты, как Бэлла начинает трястись. Я знаю, она в шаге от оргазма. Насильно отрываю себя от нее, потому что хочу делать ей это снова и снова. Бесконечно. Вот так целовать ее, чтобы она выгибалась, стонала и дрожала в моих руках.
– Тише-тише, любимая… Не сразу, пока не время… Мы полетим в пропасть вместе.