– Поставь баянчик, ты сейчас в таком настроении, что ничего путного все равно не изобразишь… Люся, вспомни, какая музыка?! Мы с тобой только что с поминок!
Но подруга в глубоком раздумье уже тянула меха, и по комнате разлился заунывный гимн бурлаков «Эй, дубинушка, ухнем».
– Вася, мне так лучше анализируется, – сообщила Люся, грустя согласно мелодии. – Я вот думаю, а может, и в самом деле Борис взял да и прикончил красавицу невесту? Примитивный случай из серии «Не доставайся же ты никому!».
– Думает она… – ворчала Василиса, морщась от нарастающих звуков.
Люсе уже поняла, что баян сам по себе мыслей не прибавляет, а даже наоборот – распугивает последние, поэтому вылезла из ремней и теперь свободно могла размышлять."
"– Смотри – Генечка сначала как может отговаривает дочь от замужества, но та его не слушает, делает все по-своему. Однако она же не ведает, что Михаил ее брат! И кто знает, может быть, молодые решили расписаться как раз оттого, что невеста собиралась стать матерью? А вот это уже дело меняет – папочка понял, что ребенок здоровеньким может и не родиться.
– Ага, а чего тогда Лера молчит? Она собирается на этот… на алтарь?
– Вася! Но Лера-то знает, что сын не от Генечки! Следовательно, молодым ничто не угрожает! Она, кстати, ему об этом сообщила, но только было поздно – Геннадий уже расправился с дочерью. И, что скорее всего, руками влюбленного Бориса. Тот страстно любит Валентину, сначала подкладывает мертвую невесту в машину, а когда это не действует, от ревности берет и душит несчастную, как Дездемону.
Люся горделиво вздернула подбородок и теперь ждала, что скажет подруга по поводу ее столь сложной версии.
– Люся, ты больше к баяну не подходи, – отрезала та. – У тебя и без баяна голова не всегда работает, а под эту гробовую песенку и вовсе мозги отключаются. Наворотила черт-те что. Во-первых, я не верю, что папенька, пусть даже и Генечка, вот так взял и прикончил дочь! Да если бы она и носила ребенка от собственного брата, любой отец просто бы рассказал ей про свои грехи молодости.