Денег, кстати, оказалось гораздо меньше, чем она рассчитывала, – уголовники не собирались платить старику настоящую цену. Но Лера рассчитывала на саму марку.
Теперь ей оставалось сделать только две вещи – бесследно исчезнуть из города и реализовать марку.
Но когда она нашла эксперта-филателиста и показала ему марку – почва ушла у нее из-под ног: марка оказалась фальшивой.
Это был не провал. Это была полная катастрофа.
Без денег, без больших денег Лера была обречена.
Кроме шефа, за ней теперь охотились ограбленные уголовники, и уж они-то будут идти по ее следу до конца.
Однако Лера не опустила руки и попыталась разобраться в ситуации.
Случившемуся возможны были два объяснения: либо настоящей марки вообще не было, старик украл у владельца фальшивку, либо он украл подлинник и заменил его фальшивкой позднее, перед встречей с заказчиками. То есть хотел их кинуть, а настоящую марку где-то припрятал.
Первый вариант Леру никак не устраивал, и она решила исходить из второго. Значит, нужно было продолжать разрабатывать старика и выяснить, куда он спрятал настоящую марку.
Леня поставил машину рядом с Александринским театром и направился в сквер под сенью памятника Екатерине Великой – знаменитый «Катькин садик». Здесь, на скамейках вокруг памятника любвеобильной императрице, в теплое время года играли в шахматы любители самого разного возраста и уровня – от способных школьников до седовласых пенсионеров, от начинающих любителей до зрелых мастеров. Поскольку игра здесь шла на деньги, то среди этих шахматистов попадались не только любители.
Молодой шахматист стал потом чемпионом мира и очень не любил вспоминать о том периоде своей карьеры.
Впрочем, преобладали в садике тихие интеллигентные старички, для которых шахматы были не средством добывания денег, а любимым увлечением и проверенным способом борьбы с одиночеством и неотвратимой старостью.
Одного из таких старичков и высмотрел Леня Маркиз на скамейке возле самого памятника.
– Здравствуйте, Иван Игнатьевич! – приветствовал Леня, подсаживаясь к нему. – Как ваше здоровье?
– Здравствуй, голубь сизокрылый! – отозвался старик.