Ты думаешь, ему сладко живется в инвалидном кресле?
И все в том же духе, и все по тому же месту.
Причем матери даже не надо было отвечать. Она в состоянии сама вести диалог, точнее в ее случае монолог.
Все про отца. Всегда. С самого детства Авика.
Потому что он занимал в ее жизни центральную позицию.
— Все хорошо у тебя, да? — продолжала тараторить мама.
— Мам, я…
— Ну я рада, что хорошо. Я вот только и звонила узнать, как ты. Все, мне пора, пока. Отцу ужин буду готовить…
На этом родительница отключилась.
А Авика взяло зло.
Зачем она звонила? Она что, узнала, как у него дела? Она хоть выслушала его?
Мать у Авика была очень любящая…
Вот только если кого и любила по-настоящему, так это своего мужа, который вот уже двадцать четыре года сидел в инвалидном кресле. Она всю жизнь заботилась о нем, посвятила ему всю себя. Наверное, поэтому и говорила только о нем. Любой разговор переводила на отца.
Ваан Зурабян, родитель Авика, попал в молодости под машину, сильно повредил позвоночник.
Оно понятно, что отцу нелегко. Что его надо навещать, что ему надо помогать…
Видит бог, Авик старался.
Навещал родителей примерно раз в месяц-два — ездил в родной город. И деньгами помогал, если было нужно. Хотя у родителей во владении был продуктовый магазин, с которого до сих пор кормились.
Вот только…
Можно же хотя бы иногда послушать, как у него дела, так?
У матери всегда отец на первом месте, а Авик мимоходом.
Может быть, из-за матери у него с женщинами так? Сам того не желая, выбирал тех, кто похож на нее поведением?
Ведь если какая и нравилась, то Авик в ее жизни непременно был второстепенным персонажем.
Сколько себя помнил, влюблялся в недоступных, всеми силами старался занять в их жизнях первое место. Толку-то… Еще ни разу не получилось.
Аня тому прямое доказательство. И те, кто были до нее.
И…
Вика тоже. Будь она неладна.
Авик, наверное, какой-то неправильный. Что-то с ним не то еще в базовой прошивке, раз такое случается из раза в раз.
Ведь спросил же Вику изначально: «Замужем?» Ответила — нет. Даже на секунду не задумалась.
Телефон снова завибрировал. На этот раз пришло сообщение.
Авик быстро стал проверять, кто же пишет.
Втайне опять понадеялся — вдруг Вика? Ну вот вдруг…
Чисто теоретически могла и написать. Что-нибудь из разряда: «Прости дурочку.