Один ум – хорошо, а два лучше!
– Отучили меня советоваться предвоенные и военные годы.
– Власть-то сменилась, а ты все старыми понятиями оперируешь.
– Вот прилетим и посмотрим, кто из нас был более прав: кто действовал или тот, кто совещания хотел устроить. А совещаться придется, да и не исключен визит в Японию. Что с Фрунзе, чего он такой смурной?
– Язва замучила.
– Питаться надо вовремя, часто и понемногу, впрочем, это со здоровым желудком советовать хорошо.
Вошел Константин, наклонился ко мне, я сдвинул наушники.
– Степан Дмитриевич, там мы с Михаилом и Сашкой два стола накрыли, сходите поужинайте.
– Десантников накормили?
– Конечно. Я – поел, я – до Омска.
– Если фронтов не будет, то да. Коба, уступи место Константину. – последнюю фразу я сказал по СПУ. – Пойдем, поужинаем. На Казань оттуда полюбуешься.
– Как скажешь, хозяин! – с грузинским акцентом ответил Сталин. Фрунзе спал, я его укрыл одеялом, будить не стал, переставил сервировку на соседний столик и отбросил откидное сиденье. Сел в проходе.
– Сон – лучшее лекарство. – снял крышку с кастрюльки и положил себе картофельное пюре и залил его гуляшом.
– Хорошо живете! – улыбнулись оба спутника.
– Подсобное хозяйство выручает, и даже в коопторг кое-что переправляем.
– Ваши-то ели? – спросил Лебедев.
– Ели, вся кухня у них, назад тоже передали горячее.
– А чего так на сухую? – спросил Сталин и, покопавшись в вещмешке, достал оттуда приличного размера бюрдюк, в котором оказалось красное чуть сладковатое вино из Кахетии.
– Вы угощаете нас, мы – Вас, так что не стесняйтесь. Шустовский, рекомендую!
– Спасибо, Павел Павлович. Пригублю, но предпочту что-то более легкое.
Через некоторое время, так сказать на десерт, я задал вопрос Лебедеву:
– Подскажите: кто такой Зверев, и чего от него ожидать можно? И вообще, что за Восточносибирская Советская армия? Насколько я видел, у вас только три каких-то ее соединения на картах нанесены. Артиллерия у нее есть?"
"– Трудно сказать, когда командовал восточным направлением, то эта фамилия встречалась весьма часто.
– Ладно. Замнем для ясности.
– Вот странно, вроде степь, даже поля под снегом видны, а ни одного огня.