Взгляд наливается свинцом, а руки, переместившиеся на другую грудь, дрожат.
Мои же повисают ниточками, и я просто прижимаюсь к стене, заранее принимая все, что Руслан со мной сделает.
Сделает, это видно по напряженному лицу, по сжатым челюстям и ругательству на своем языке.
Но он пытается сдерживаться. Это заметно.
— У тебя такая белая кожа, — хрипит уже на русском. — Цвет сливок. Цвет снега. Гладкая как мокрый шелк.
Он наклоняется и слегка покусывает ухо. Я сглатываю вязкую слюну и вздрагиваю от странных ощущений.
Мне приятно, но внизу вязкое покалывание напоминает, что мои представления о сексе несколько отличаются от его.
Но я ведь должна быть послушной, ведь именно такой должна быть жена.
— Я думала ты устал и хочешь есть…
— Тебя я хочу больше.
Мочалка больше не касается моей кожи, она плюхается на мокрый пол с характерным шлепком, и я вздрагиваю, когда ее заменяют огромные руки.
Оглаживают, смывают пену, часто задевая почему-то острые соски.
— Твои сосочки стоят, твердые, — слегка щипает он их, и я вскрикиваю от неведанных ранее ощущений.
"Упираюсь руками в тугие мышцы плеч и шепчу. Последний шанс, чтобы просто поспать.
— Ты так долго на ногах, может быть поспим, а завтра… Завтра мы попробуем...
— Не хочу ждать завтра…
Он запускает руку в волосы, тянет на бок, припадает губами к шее, ведя по ней горячим языком.
Внутри растекается подобие лавы, в груди щемит, но я помню ощущение его огромной плоти внутри себя.
А именно ею он прижимаемся к моему бедру. Горячее и твёрдое желание.
И туман последней надежды на отдых рассеивается в момент, когда вижу его взгляд.
В нем затаилось желание, дикое и опасное. Заставляющее меня обомлеть.
Но этот взгляд отличается от того, когда брал меня в госпитале. Он мягче.
Тогда я сама вывела его на злобные эмоции. А сейчас они другие.
— Почему ты делаешь это... Руслан…
— Потому что сдохну, если не сделаю….
Его тело напряжённо и прекрасно в своей свирепой силе.
Я бы восхитилась его красотой, если бы не понимала, что может произойти.
Я не понимаю, что он за человек. Мужчина, защищающий меня днем и уничтожающий ночью.
Зверь.
Его тело буквально нависает, перекрывая свет и доступ к кислороду. Я задыхаюсь и мысленно прошу тело не сопротивляться.
Кажется, мой страх уловил и мужчина. И он удивляет меня следующим действием, а именно протягивает руку над моей головой и берет гель для душа.
Он медленно выдавил его на ладонь, не прерывая зрительного контакта.