Выслушав ответ Савойского, он кивнул и вышел, а я обратился к командиру:
— Лорд Даниэль, моя дочка…
— Тихо!
Даниэль быстро встал, подошел к телу змеи и склонившись над ней, вложил ей в руку флакон, в котором был яд, после чего встал и сказал:
— Молчишь и только мне поддакиваешь!
Ничего не понимая, я уставился на него, но в этот момент в комнату вошел один из прибывших жандармов и с удивлением уставился на лежащее тело.
Герцог вернулся к своему месту за столом и обратился к жандарму:
— Госпожа Фальке покончила с собой, когда узнала, что нам стало известно об её преступлении.
Командир достал из кармана какой-то бланк и дал его прочитать служивому. Не знаю, что там было, но тот аж в лице изменился, после чего уважительно вернул бланк командиру и вытянулся перед ним по стойке «смирно»:"
"— Все сделаем, Ваша Светлость, не извольте беспокоиться. Все признаки суицида на лицо, заключение будет готова к завтрашнему утру.
Герцог выслушал его, одобрительно кивнул, после чего в комнату вошли еще двое жандармов с простыней, на которую переложили мою «жену» и вынесли из дома. А герцог повернулся ко мне и сказал:
— Мартин, дружище, тебя держит тут что-то?…
Я бездумно покачал головой, а командир продолжил:
— Ты говорил, что плотничаешь тут. Так вот, собирай детей в дорогу, тут скоро может быть опасно и людей будут эвакуировать. Мой человек доставит тебя и детей ко мне, а там, вместе с моей семьей отправитесь в Энск.
Поднял глаза на герцога:
— Командир, я…
— Есть возражения?
— Нет, но я же калека…
— Какой ты, нафиг, калека??? Никто лучше тебя с клинками не управлялся, да и не один ты там будешь.
Подскочил со стула и бросился к двери, но около самой двери остановился:
— А что будет с Эдвином?
Даниэль взлохматил свои волосы, потом посмотрел на меня:
— Его отец погиб, защищая мою жену… У него остался престарелый отец и он не знает о ребенке… Эдвин может стать наследником графского титула и многих предприятий, но это решать тебе, так как ты сейчас его отец по документам.