Тепло её рук, доверчивые и такие тёплые слова вселяли и в меня огромную надежду и веру, что я в этом мире действительно не просто так. Моё появление тут — не случайность, а настоящий божий промысел.
Глава 71.
В этот вечер за ужином собрались все обитатели дома. Вениамин Степанович, чьего появления, несомненно, ждали многие, поначалу смущался и на вопросы отвечал неохотно. Кроме того, он, естественно, то и дело поглядывал на Груню. Как они оба ни старались скрыть своих чувств, химия между ними была заметна даже для ребёнка.
— Дядя Вениамин, а когда ты женишься на Груне? — выдала Агата прямо посреди всеобщего молчания, когда, казалось бы, ничто не предвещало такого вопроса.
Булыгин-младший чуть не подавился. Груня покраснела до кончиков ушей. Василий не сдержал улыбки. Я тоже чуть не прыснула.
А вот Изольда Пална её тут же осадила:
— Агата Васильевна, подобные вопросы неприличны в светском обществе.
— Почему? — с полной непосредственностью поинтересовалась девочка.
— Потому что Земля скорее сойдёт с орбиты, чем Вениамин Степанович сделает кому-то предложение… — пробормотал себе под нос Булыгин-старший.
— Ну, знаешь ли, брат! — возмутился тотчас Вениамин и резко встал из-за стола.
— Вениамин Степанович… — виновато зароптала Груня. — Не серчайте…
— Я совершенно спокоен, Агриппина Никифоровна, — заявил тот, кипя от гнева.
— Да полно-те, брат, садись. Шучу я, шучу.
Вениамин ещё немного попыхтел, но снова опустился на сиденье.
— Грубая шутка, — заметил он вполголоса, пряча взгляд в тарелку.
— Ты лучше расскажи, как там дела в Аптекарском огороде. Справляешься ли?
— Справляюсь, — ответил Булыгин-младший, окончательно приходя в себя. — Но помощи, конечно, не хватает, — он украдкой глянул на меня.
— А пилюли наши? — спросила я. — Уже приготовились наверняка?
— Да-да, готовы. Я ещё немного поэкспериментировал и взял их с собой. Слышал, недавно в Псковской губернии была какая-то вспышка.
— Псковской? — заинтересовался старший из братьев. — Тут совсем рядом. Что за вспышка?
— Не могу знать.
— Напишу князю Полонскому, — пообещал Василий.
— Напиши-напиши. А розовые пилюли я взял с собой, на всякий случай, — сказал Вениамин со вздохом. — Такая ирония: приготовлять лекарства и уповать, что они никогда не сгодятся.
— Ваша правда, Вениамин Степанович, — поддержала я, обменявшись с ним тёплыми взглядами. — Но ваши изыскания в любом случае бесценны. Свет науки дарит шанс на лучшую жизнь.