– Вы ни в чем не виноваты, это просто стечение обстоятельств. Полковник ваш приятель?
– Да, – подтвердила я.
Лина поставила передо мной чашку.
– Жаль, что он не захотел найти убийцу Любочки и Проши.
Я кинулась на защиту Дегтярева.
– Александр Михайлович опытный профессионал, но иногда преступник оказывается очень-очень хитрым. И нельзя ведь заниматься одним делом бесконечно.
– Понимаю, – вздохнула Эвелина, – если в отведенный срок не достигнут результат, папку запихнут в архив и забудут о ней.
Я отпила кофе.
– Согласна с вами, это очень несправедливо. Вы давно знакомы с Ермаковой?
Эвелина положила ногу на ногу.
– Я приехала в клинику рожать сына, меня положили в палату, а через час на второй койке разместили Риту. Мой Сережа и ее Любочка появились на свет почти одновременно. Мы тогда смеялись, что они – как бы близнецы, значит, когда вырастут, пожениться не смогут. Вот с тех пор мы и поддерживаем отношения.
Резко умолкнув, Эвелина схватила из вазочки печенье и быстро засунула его в рот. Определенно, ей не хотелось озвучивать причину, по которой подруга решила не расширять семью.
– Из-за измен Прохора? – предположила я.
Лина поперхнулась.
– Вы в курсе?
Я потянулась к коробке с конфетами.
– Знаю, что причиной развода Ермаковых стала неверность мужа.
Эвелина взяла мою пустую чашку и пошла к кофемашине.
– О покойных плохо не говорят, но Прохор вел себя как идиот. Рита его обожала. Думаете, она не знала про походы мужа налево? Ермаков особым умом не отличался, наврет жене, что на съемках рекламы до полуночи сидел, а от самого чужими духами несет и следы губной помады на рубашке.