"
"— Круг? — опешил Варзухин. — Да ну тебя, Ярый! Братья и сёстры огорчают меня всё больше и больше с каждым днём! Я только-только отошёл от того, что мне пришлось оставить пост замглавы ОКЖ. А ты знаешь, как я хотел возглавить всю Жандармерию, да меня попросили уйти в отставку… Ну ничего, я нашёл успокоение в родовом деле, в наших виноградниках, жил не тужил, о процветании рода думал… И что же в итоге? Круг отказал мне в помощи сосватать моего средненького за великую боярыню Романову-Варшавскую! Ну что за наглость, а! А между прочим, Марьяна Арнольдовна ему нравилась.
— Сочувствую, — хмуро произнёс граф Воронцов, пытаясь понять, что же за этим фарсом скрывает его собеседник.
— Спасибо, дружище. Но, право, не стоит. Сынок мой недолго горевал и сейчас увлёкся одной известной певичкой Амбер.
— И ты не против этого увлечения? — поддержал беседу Воронцов.
— Главное, чтобы дети были счастливы, — улыбнулся Варзухин. — Даже если он решит на ней жениться — примем. Будет песни петь на семейных вечерах. А я могу ей аккомпанировать на фортепиано, ты знаешь, как я играю, и…
Он замолчал, когда телефоны обоих графов внезапно заговорили тяжёлым женским голосом:
«Внимание всем дважды одарённым! Активирована программа экстренного оповещения о чрезвычайных ситуациях…»
Граф Воронцов резко встал с места и быстро произнёс:
— Спасибо за вино, Валера.
— Уже ходишь? — хмыкнул граф Варзухин, неспешно поднимаясь.
— Долг велит мне возвращаться в Кремль и организовать оборону.
— С твоей силой от тебя было бы больше пользы в Проклятых Землях, — хмыкнул Варзухин.
— Я не могу. Но вместо себя отправлю Филиппа. Всё, до встречи.
Мужчины пожали друг другу руки, и граф Воронцов рванул к своей машине.
Валерий Сергеевич медленно уселся в кресло и дослушал до конца экстренное оповещение.
— Наследник Воронцовых будет представлять свой род… — задумчиво произнёс он, не глядя на Арнольда, который, бесшумно остановился подле правого плеча господина.
— Так точно, ваше сиятельство.
— Иди скажи ему, что я его жду.
Граф Варзухин остался один и молча уставился на куст белоснежных роз, невольно припомнив, как несколько лет назад получил его саженец в дар от ныне покойной императрицы.