— Если не можешь назваться живым богом, то мы назовем тебя пророком. И ты будешь по завету открывать истины Астры и пророчествовать в моем народе ровно пятьдесят лет.
— Уволь, царь, и пророчествовать не стану, ибо не гожусь для такого дела. — Космомысл посмотрел в полунощную сторону. — Вели расступиться своему народу и дай дорогу. Не отпустишь с миром — с мечом пройду.
Из глаз царя молнии брызнули, словно из магического камня, но сам он оставался спокоен.
— Ну что же, ступай, ты вольный… А я заключу союз с императором Ромеи и с персами.
— Добро! — Космомысл отворил сундуки и вынул ларец, заставив царя и всю его свиту отшатнуться и закрыться руками. — Коль ты грозишь войной, горем и рабством моему народу, пойду с тобой. И открою истины живого огня. Да только уж не обессудь, если они будут тебе не по нраву.
6
Отпустив обрище в полуденные земли скуфи, Князь и Закон озаботился делом великим: возвести вдоль полуденных граней словенских пределов высокие браны — оборонительные валы с острожными дубовыми стенами по верху. А срок был короток, если змей по наущению ромеев или по своей воле, не вкусив сладостей в теплых краях, вздумает повернуть назад, то сделает это скоро, в течение одного года, а то и раньше.
Пожалуй, со времен переселения с Родины Богов арвары никогда не собирались вместе таким великим числом для вольного труда: браны отсыпали сообща и безвозмездно, как обычно возводили все иные крепостные сооружения. Однако людей, лошадей и подвод все равно не хватало, и тогда Сувор поехал к другим варяжским народам, дабы подрядить их на строительство по кашному найму, то есть с возмездием окормления и дарами. В то время казны у государей не существовало, ее заменяли собранные с народа пожертвования и собственно сам вольный труд, считавшийся у арваров великим богатством.
Собравшись вместе и совокупив мощь, они, будто исполины, совершали то, что было не под силу никаким наемным ватагам и даже самой жирной казне: перед угрозой нападения обров и по зову вече арвары в одну ночь воздвигали каменные крепости, закладывая в основание огромные камни, а то и целые скалы, что у самих же потом вызывало изумление.