Я среагировал резче, чем стоило бы, и она тогда обронила фразу:
— Мне бы не хотелось, чтобы ты опускался на один уровень с ним. Не пачкай себя. Прошлое сгорело.
Так, может, стоит и правда отпустить? Уверен, Серебряков не просто пристрелил ублюдка. Иначе бы не сказал об этом. А раз так… Звонок мобильного нарушает звенящую тишину.
Лена.
Невольно улыбаюсь и отвечаю ей.
— Слушаю, детка.
— Тут у нас случился форс — мажор, — осторожно говорит она. Я уже научился различать полутона в ее голосе. Сейчас ничего реально плохого не произошло.
— Ты не мог бы по дороге купить новые полотенца? Кажется, те, что есть, для пользования уже непригодны, — виновато просит Лена.
Шире улыбаюсь, представляя, что там нашкодничала Надюша.
— Конечно, детка. Уже еду.
Отбиваю звонок и иду к машине. Некогда страдать и жалеть об упущенных возможностях — жизнь идет дальше, и у меня есть, на чем сосредоточиться.
Эпилог
Предновогодняя суета полностью поглощает меня.
Надя — наша принцесса и любимая булочка, которая радует каждый день новыми умениями и словечками.
Впервые я могу расслабиться и жить, не оглядываясь.
С того дня, как Арман забрал у меня одноразовый телефон, отец меня больше не беспокоил. Я не знала, что с ним, и специально не искала ифнмарцию. Для меня он давно не ассоциировался со словом родитель.
Поэтому когда однажды вечером муж рассказал мне о том, что я — приемный ребенок, я почти не удивилась.
Теперь становилось понятным такое отношение ко мне. Возможно, это сделало мою боль чуть меньше.
Я видела, как злился Арман на моего отца за то, что тот со мной сделал. И мне было очень жаль, что я не могу отмотать время назад и скрыть все эти детали. Просто чтобы в нашей семье мир не отравлялся злобой и ненавистью.
Не знаю, почему, но однажды все изменилось — Арман приехал домой пораньше.
Муж тогда притащил несколько упаковок полотенец, потому что я, естественно, забыла уточнить, какие именно надо заменить.