Она не моя девушка, но… Она моя, черт подери, жена!
И никакая приставка “фиктивная” тут не работает. Почему? Не знаю. Да и плевать сейчас.
— Будем на связи, — бросаю, понимая, что дальше мне тут никто уже не нужен. Я сам разберусь с Леной.
— Арман, там… — его голос обрывается, и дальше я слышу только отдельные слова: — не… место… жена твоя…
— Прерываешься, — говорю Робу. — Друг, расслабься. Дров не наломаю. Просто поговорить надо.
Абрамов что — то еще пытается говорить, но я отбиваю звонок. Смотрю, куда же умотала моя фиктивная женушка, прикидываю и, договорившись с таксистом, меняю точку назначения.
Телефон, как назло, садится буквально через полчаса, и я остаюсь фактически без связи. Это довольно неприятно, но не смертельно — Толя и остальные знают, что делать в ближайшие часы, так что пока я им не нужен. А вот мне надо найти засранку и разобраться с тем, что она заварила.
В город, куда она сбежала, добираюсь уже затемно. Хмурый таксист выразительно фыркает, пока я разглядываю трехэтажный дом, у которого мы остановились.
— Адрес точно этот?
— Как заказывали, — бурчит мужик.
Расплачиваюсь и выхожу.
Мерзкий ветер тут же вынуждает поежиться. Запрокидываю голову, прикидывая, какое окно может быть ее. Мне нужно немного остыть, иначе дров я все — таки наломаю. Во мне сейчас столько ярости и злости, что одним разговором жена точно не отделается.
Пока ехал, уже прокрутил десятки вариантов, что, зачем и почему. Но полная картина, конечно, пока не скалывается — слишком много белых пятен. Но сейчас Лена мне все расскажет.
А затем очень сильно пожалеет о сделанном и будет извиняться. Для начала на коленях.
Захожу в подъезд — пахнет сыростью и чем — то непонятным. Неужели не могла найти место поприличнее? Наверняка бабок за слитые данные получила немерено. Уверен, конкуренты были щедры по такому случаю.
Нужную квартиру нахожу на третьем этаже — довольно обшарпанная дверь, даже без номера — приходится вычислить методом исключения.
Медлю, прежде чем нажать на кнопку звонка.
Впрочем, это мы сейчас и выясним. Резко жму кнопку звонка. Даже через дверь слышно, как противно он звучит.
Когда дверь сразу не открывается, нажимаю повторно. Теперь уже долго и, так сказать, по полной.
Дверь распахивается, и я вижу Лену — перепуганную, бледную.
— Ты…
А следом раздается детский плач…
— 16 Лена —
Арман переходит все границы.