И начинается цепная реакция — в здание врываются все, кто мялся около входа.
— Уна, твою мать! Не вздумай там сдохнуть.
Выкрикиваю слова на полном автомате, но в наушнике внезапно звучит голос девушки.
— У меня нет матери, Брод. Но я очень надеюсь познакомиться с той парой отцов, что меня вылепили. И вскрыть их сучьи глотки.
Речь прерывается протяжным стоном и в голове проскакивает воспоминания о её специфической реакции на убийства. Боюсь, теперь девушка не остановится, пока не доберётся до последнего из живых в этом здании.
Перемахиваю через мешки с песком, приземлившись на чей-то труп. Метрах в пяти правее один из бойцов Варнов блюет на землю. Ещё двое скрючились около стены, бросив оружие. Зрелище и правда так себе — груда мёртвых воняющих тел, вперемешку с лопнувшими банками еды, чьё содержимое разбросано повсюду.
— Слабаки, босс. Не умеют держать всё в себе.
Не сказать, что ирония Хэча уместна, но лучше уже так, чем исторгать содержимое желудка на землю.
Количество наших бойцов во ""дворе"" стремительно растёт.
Подкрепляя отправленное задание, рявкаю."
"— Вперёд! Повзводно! Входим через окна и двери.
Как ни странно, первым вперёд отправляется Рант. Ведя за собой ещё полтора десятка бойцов, ныряет в дверной проём. Правее подтаскивают мешки с песком и встав на них, бьют из дробовиков, вслед за чем первый из бойцов пролезает в окно.
Группы, одна за другой, входят в здание, откуда доносится всё более частая стрельба. Меня самого подмывает броситься в бой. Какое-то время колеблюсь — остальные члены группы могут вести наблюдение при помощи дронов, но не управлять ими.
— Харр, выдвигайтесь. На Энсе — оборона периметра. Пусть его сотня займёт позиции. А ты следи за подходами. Если кто-то появится — сообщи.
Как только ""самурай"" подтверждает приказ, делаю рывок к дверному проёму. Правда, совсем скоро выясняется, что воевать тут уже практически не с кем. Трупы, кровь, валяющееся оружие. Парень с застывшим выражением ужаса на лице.