Правда, недолго…
— Отставить!!! — резко скомандовала Агата.
Осталось лишь пятеро монстров, и сейчас они оказались довольно близко к Александру, лежащему на чёрной жухлой траве и вязкой жиже Проклятых Земель. Имелся риск случайно попасть в стажёра.
— Выдвигаемся! — Агата первой рванула вперёд.
И уже на бегу она увидела, как вдруг засияло тело Егорова. Женщине пришлось зажмуриться и даже уткнуться в локтевой сгиб, ибо свет слепил даже сквозь опущенные веки.
Но вскоре сияние стало уменьшаться, и она смогла снова открыть глаза.
"Увиденное поразило её до глубины души: мелкие Хищники, наплевав на приказ Вожака, разбегались во все стороны, а Александр, как ни в чём не бывало, гордо стоял посреди бескрайних Проклятых Земель. Он держал правую руку поднятой над собой. И над ней формировалось гигантское копьё. Казалось, оно сплетается из…
— Металл, что ли? — изумлённо выпалил Петрович, бежавший чуть позади Агаты.
Это копьё по размеру превосходило то, что совсем недавно создала сама Вавилова.
В следующий миг зависшее в воздухе копьё сорвалось с места. Раздался хлопок — преодоление звукового барьера!
А ещё через секунду тушу Вожака пробило насквозь. Монстр хрюкнул в последний раз и рухнул замертво.
Агата перестала бежать — дальше она шла пешком, не сводя изумлённого взгляда с величественной фигуры своего стажёра.
— Это нормально, что он во время первого похода в Проклятые Земли в одиночку хлопнул Вожака? — услышала она удивлённый голос своей подруги Марии.
— Ну… справедливости ради, в Проклятых Землях он сегодня второй раз, — не смогла подобрать ничего лучше для ответа Агата.
* * *Грёбаный приступ, а! Испортил мне всю идеальную игру…
Я ведь терпеть не могу лишние траты ресурсов — жизнь и сражения в моём прошлом мире после Первого Пришествия Демонов научили рационально подходить к тратам. Здесь я, конечно, позволил себе расслабиться, особенно в обычных бытовых ситуациях…
Но во время боя каждая лишняя потраченная пуля для меня как удар по сердцу!
Чего уж говорить о лишних тратах маны?
Я ведь как для себя решил: буду изучать поселившуюся во мне заразу, пока не пойму её природу.