Автономка

Вдумчивый, ненавязчивый, с интонациями, свойственными человеку, ищущему, как лучше представить свою просьбу:"

"– Товарищ подполковник, понимаете, как бы вам это лучше объяснить… Мне бы тоже не хотелось, чтобы ваша работа пропала даром. Я, конечно, ничего обещать и тем более гарантировать не могу, но у меня есть желание выполнить пусть не вашу задачу – поскольку с вас ее, как я понял, уже сняли, – но свою. Не служебную, не официальную. Задачу сына погибшего генерала. Понимаете, о чем я говорю?

Глаза подполковника Елизарова засветились радостью.

Не было сомнений – удар достиг своей цели, только каждая из сторон считает, что именно она нанесла его.

Теперь должна была бы начаться классическая дипломатия, то есть каждый должен был говорить не то, что думает.

– Это я понимаю. – В руках Михаила Афанасьевича откуда-то появилась папка, которую Арцыбашев уже видел минувшим днем, словно бы подполковник специально приготовил ее к приходу гостя.

 – Но здесь вопрос совсем в другом. Вопрос в том, что данные, о которых я говорил, в настоящее время охраняются грифом «совершенно секретно», и я не могу совершить должностное преступление и передать вам документы.

Это было естественно, и Василий Иванович просто заподозрил бы неладное, если бы ему такие документы передали или даже дали бы скопировать их. И сам Михаил Афанасьевич понимал, что подобная передача слишком сильно походит на организованную утечку информации.

Однако папка была приготовлена специально к приходу старшего лейтенанта и оказалась у подполковника Елизарова в руках, надо полагать, не для того, чтобы тот отказался в нее заглянуть. Да и выражение лица подполковника, скорее всего, много раз проверенное перед зеркалом на соответствие моменту, говорило о его глубокой, заранее подготовленной задумчивости.

– Разве я просил о передаче документов? – удивился Василий Иванович, даже не разыгрывая простачка, а просто условно изображая его.

Настолько условно, что это было ясно обоим. – Я прекрасно понимаю, что€ такое сохранение служебной тайны, и потому не мог себе позволить подобного. Но и что обычно представляют собой секретные и совершенно секретные документы, я тоже знаю. В целой странице текста может быть всего несколько слов, делающих документ закрытым строгим грифом, а остальные слова и факты такой нагрузки не несут.