Хорошо, когда есть вода и соль – без них в пустыне пропадешь! В дикий зной человек терял не только влагу, но и соль из организма, а это быстро приводило к упадку сил. Внезапно подкрадывалось головокружение, потом начиналась тошнота, перед глазами плыли радужные мошки-искорки и… темнота, обморок. За ним второй, третий, а там уже нет больше сил подняться на ноги и сесть в седло…
Нафтулла вырыл в песке ямку и перенес в нее наполненные бурдюки. Потом наломал веток и высек огонь. Заплясали веселые, казавшиеся бесцветными язычки пламени.
Вода в кувшине еще не успела закипеть, когда ахалтекинец вскинул голову, начал перебирать задними ногами и захрапел, почуяв чужую лошадь.
– Эй, Магсум! – Нафтулла сорвал с головы тельфек и начал размахивать им, чтобы привлечь внимание всадника. – Мой жеребец уже почуял твою кобылу. Привяжи ее с другой стороны.
– Хоп! – откликнулся Магсум и пустился в объезд рощицы.
Вскоре он подошел к костру, приветливо поздоровался с Нафтуллой и сел рядом на кошму.
– Салам, салам! – заулыбался в ответ Нафтулла, хитро прищурив быстрые глаза. И, как предписывал обычай, поинтересовался: – Хороша ли была твоя дорога?
– Да, хвала Аллаху, – важно кивнул Магсум, выуживая из складок халата маленький холщовый мешочек с колотым сахаром."
"Нафтулла ехидно ухмыльнулся: обычай повсюду таскать с собой мешочек с сахаром появился на Востоке не от хорошей жизни. Слишком часто мирная беседа за чаем кончалась смертью хозяина или гостя.