— Как ваши успехи? — она посмотрела на Кирилла и Славку и её лицо стало слегка удивлённым. — Ого, братья Эрстевы? Поздравляю, Сергей, действительно невероятно ценное приобретение.
— Да так, — я потянулся, разминая спину. — Зачистили разлом, убили стихийного скорпиона, сломали дорогой артефакт, по мелочи, в общем.
— Стихийного скорпиона⁈ — вот теперь лицо девушки выглядело не просто удивлённым, а каким-то воодушевлённым. — Стихийные твари очень редки и невероятно сильны. Даже если это разлом «Е» ранга. Как вам удалось его победить? С вами, конечно, были братья Эрстевы, вот только этого мало…
Анна почему-то очень внимательно начала на меня смотреть, и я на всякий случай отодвинулся подальше.
— Гриша, держи, — я достал из кармана артефакт и кинул его брату. — Артефакт был повреждён в сражении, поэтому теперь никуда не годится. Приспособь его куда-нибудь, например, в подвал. Пусть хоть роль холодильника исполняет, не пропадать же добру.
— Нет, Сергей, всё нормально. Послушайте, а вы свободны завтра утром? — улыбаясь посмотрела она на меня.
— Да, — немного подумав, ответил я.
— Вот как! Замечательно, тогда вы не откажете мне в моей просьбе? — спросила Анна, и почему-то вдруг перевела взгляд мне за спину.
От неё неожиданно повеяло силой, а позади меня — холодом. В руке девушки вспыхнуло алое пламя, а я повернулся назад, наблюдая картину, как Кирилл стоит на месте с закрытыми глазами, а от него во все стороны распространяется волна холода.
Глава 20
Лед и пламя
Особняк Рода Земских
Евгений Земской, глава Рода Земских и отец Тины, стоял у окна и с третьего этажа смотрел на площадь внизу. Немного ранее, стараясь не попасть под свет фонарей, по ней пробежала его дочь, Тина, которая решила не ждать помощи от кого-либо, а действовать сама.
В день последнего их разговора он стоял за её дверью и слышал, как его дочь плачет, и хоть это и разрывало отцовское сердце, вот только он никак не мог её утешить, да и сейчас тоже не может.
Услышав звуки боя, он прикрыл глаза и отошёл от окна. Сев в своё кресло, он обхватил голову руками и так и сидел, проклиная судьбу, которая подарила его дочери особый дар.
Евгений Земской был бы и рад помочь дочери и дать ей всё, что она пожелает, вот только реалии мира диктуют свои условия: кто сильней — тот и прав.