Гоблин, закончив свои процедуры, вновь посмотрел на меня. Он задумчиво почесал подбородок, а затем подошёл к стене и… неожиданно начал биться об неё головой.
Признаться, такого я точно не ожидал. Вот только вмешиваться я всё равно не стал, издалека наблюдая за его действиями. Из лба гоблина потекла синяя кровь и только тогда он замер.
Вновь посмотрев на меня, гоблин на какое-то время «завис», не сводя с меня взгляда. Чтобы показать ему, что я настоящий, я взял с пола камешек и легонько бросил ему. Камешек, упав на пол, прокатился немного и остановился практически у его ног.
Но кажется, что это его совсем не убедило. Будет не просто договориться…
Наконец гоблин подошёл к бутерброду и начал его обнюхивать со всех сторон. Уж не знаю, что ему там сказали сородичи, но явно что-то обидное, раз он так подозрительно и неверяще ко всему относится.
Проблема в том, что это мой первый подобный опыт и я понятия не имею, как мне заставить это существо приносить мне ресурсы. Казалось бы, всё очевидно, я ему еду — а он мне ресурсы, вот только между нами языковой барьер, который и не позволит нам так просто «договориться».
Гоблин закончил обнюхивать бутерброд и вновь посмотрела на меня. Простояв так какое-то время, он неожиданно медленно, спиной, направился назад. Зайдя за угол, он там и замер, только лишь кусочек уха остался торчать.
По всей видимости он решил проверить, исчезну я или нет, если на меня не смотреть. Напугать его, что ли?
Немного подумав, отказался от этой идеи. Он мне ещё нужен.
Гоблин выглянул из-за угла, и убедился, что я всё ещё здесь.
— Враагара-тоорманатула-ввввлорг, — произнёс он что-то, покачав головой.
Подойдя к бутерброду, он с презрением скинул с него помидор и, взяв бутерброд, последний раз посмотрел на меня, а после пошёл к своим сородичам.
Хочет показать его им, чтобы убедиться, что я ему не мерещусь? Умный ход.
В этот момент я почувствовал, что меня вновь начало жечь изнутри. Заглянув внутрь, увидел, что сфера принялась с ещё большей силой поглощать энергию, и теперь я уже не справлялся с ней.
Вытащив из рюкзака оставшихся два бутерброда и жаренную курицу, я оставил их на камне, а сам поспешил к выходу из разлома.
Не встретив на обратном пути никого, я вышел из разлома, заранее включив фонарь. И только оказавшись снаружи, почувствовал, как меня начало отпускать.