– Слишком ты для этой страны... мягкая. Если у богов на тебя или на Арагонию какие-то замыслы, то я их совершенно не понимаю. Зачем присылать женщину? Какой от нее толк?
– Ну надо же, ты одна из немногих, кто считает, что меня притащили сюда боги, а не демоны, – облегченно выдохнула попаданка.
– Нет, для демона или их посланника ты слишком слабая. И добрая. Да, слабая, потому что слишком добрая, – заявила Мрата, и тут же сама задумалась. – А что, если в этом и есть задумка демонов? Потому что своего барона, между прочим, лучшего мечника Арагонии, ты точно можешь ослабить.
– Я? Его? Ослабить? – не поверила Лиза. – Это как же?
Но наемница ей не успела ответить: пришел Вальин, принеся заказанный взвар, и разговоры пришлось завершить.
Глава 11
Еще три дня пролетели однообразно: Лиза по-прежнему сидела безвылазно в комнатах под тройным конвоем и днями напролет болтала с оруженосцем и наемницей о жизни и порядках этого мира, делая для себя новые записи, но теперь уже сильно экономя драгоценную бумагу.
Выходить гулять по дворцу она не решалась, даже с той охраной мужа, что сторожили их дверь снаружи. В город ее больше не пускали, и это было плохо – не осмотреться толком, не приноровиться к местной жизни. Но мужа она практически не видела, что было хорошо.
Барон уходил рано, еще до того, как она проснется, оставляя после себя лишь смятую половину постели. Приходил поздно, когда она уже уходила спать, или чуть раньше, но не один – с кампаре Ульфом и приятелем Роландом Наредом, тем самым Говорливым, который был также знатнорожденным без титула – тоже не наследный сын в семье.
"К счастью, барон был верен своему слову и ждал ее женских дней, по крайней мере, не беспокоил ночами. А Лиза тоже ждала – когда же им пора будет выезжать из дворца, ведь ""часики-то тикают"", и чем раньше случится побег, тем дальше она успеет отъехать вместе с Мратой.
Под конец третьего дня наемница проскользнула в спальню вместе с Лизой и терпеливо ожидала там, пока две молоденькие служанки помогали готовиться госпоже ко сну.