Куда там здравому смыслу супротив женских чувств?
– Ладно, скоро все устроим, только не беги впереди паровоза, хорошо? – сказал я ей то же самое, что совсем недавно произнес Анфалару.
Алена, радостная, как красный флаг на майском шествии, кивнула. Ну, хотя бы так.
– Хозяин, – поймал меня бес. – А что, Алена Николаевна скоро от нас съедет?
– Есть такая вероятность, Григорий. Сосватаем ее за Анфалара.
– Это он мудро. Жену и быка – бери издалека.
– А ты что, расстроен, что ли?
– Есть чутка, – признался бес. – Она хоть и с норовом, но свое понятие имеет.
– Я возьму это на вооружение, – согласился я.
Бес попытался отмахнуться, мол, чего не скажешь в шутейном разговоре, но понял, что попал впросак. Потому довольно быстро отступился, явно надеясь, что я сам забуду о разговоре. Учитывая наличие у меня головняков, возможно, это имело определенный смысл.
Например, надо сегодня поговорить по поводу артефактов с моим старым приятелем с русским именем и еврейской душой. Еще по возможности сгонять к волотам, раз уж я знаю, что нужно спрашивать.
Я замер, наполовину натянув новые джинсы. Мотя, ты форменный идиот. Вчера представил Юнию своим домашним, совершенно забыв о прослушке. А ведь та даже вслух сказала, что она Одноглазое Лихо. Жесть. И что теперь делать?
– Если ты ждешь приспешницу, то она едва ли сс… придет. Как я поняла, твоя Алена любит другого.
"Я покраснел как рак, перестав демонстрировать нижнее белье из белорусского трикотажа, и надел джинсы. Лихо стояла в комнате, рассматривая улицу в окно. Ну да, ну да, она тоже не имеет особых неудобств с перемещением в пространстве. Для Юнии дверь – не такое уж и препятствие.
– Вообще-то надо стучаться.
– Извини, Матвей, но сс… ты не интересуешь меня как мужчина.
– Это было почти обидно.
– К тому же, не хочу попасть под острые когти сирин. Пусть и не совсем смертная.
– Скажешь тоже. Ерга да, птичка с характером, но оказалось, что все не так уж и плохо. Она меня даже не беспокоит.
Юния улыбнулась. Вот только доброй эту улыбку назвать было нельзя.
– Тебе повезло, что Алена – достаточно быстро стала твоей приспешницей. Иначе бы Ерга пустила ей кровь. Поверь мне. Любовь сирин – больная. С каждым новым днем она все сильнее привязывается к тебе. И если вдруг рядом окажется женщина…
Лихо не договорила, но и так все стало понятно.