Еще я заметил, что один стол все-таки сломал. Когда перебрасывал противника через бедро. Все, Мотя, попал. С эмоциональной точки зрения — герой. С позиции уголовного кодекса — полный отморозок. Устроил драку, разрушил мебель, помял добропорядочных людей.
Наверное, нормальный человек попытался бы договориться. Меня же такая злость взяла за всю ту несправедливость. Ведь мы же ничего не сделали! Просто хотели поесть. Я подошел к зачинщику потасовки, который тянулся к ножу. Наступил на холодняк ногой и приподнял за волосы голову обидчика.
— Чтобы через секунду тебя и твоих мерзавцев здесь не было.
И само собой, вложил хист. Сгорел сарай, гори и хата. Теперь терять точно нечего.
Не знаю, что южанин прочитал в моих глазах. По ощущениям, он увидел там приказ на депортацию. Потому что необычайно быстро поднялся, шустро говоря что-то на своем, и стал тянуть бесчувственного к выходу. Тут же его подхватил еще один товарищ. И в довольно короткий срок пьяные дебоширы покинули кафешку.
Слабо, конечно. Супергерои всегда говорят что-то оригинальное и смешное. Но так и я в подобной роли выступаю впервые. Попрактикуюсь, будет что-то вроде: «Это был твой последний плов здесь» или «Кати свою лепешку к другому тандыру». Хотя нет, все не то. Надо будет репетировать.
А вот потом уже пришло осознание произошедшего. Особенно, когда хозяин поднялся, крикнул что-то на своем высыпавшим ребятам с кухни и двинулся к нам.
Ну все, сейчас будет вторая серия.
— Спасибо тебе, брат, спасибо!
От неожиданности я даже позволил этому крохотному человеку взять меня за плечи и потрясти. И только потом произнес:
— Я думал, что это ваши друзья.
— Шайтаны это, а не друзья, — отмахнулся хозяин. — Мне стыдно, что мой народ родил таких нахлебников и лентяев. Мы приехали сюда, печем хлеб, делаем плов, чтобы люди кушали.
От этой тирады я немного опешил. Так эти незадачливые мужички пытались быть рэкетирами? Они откуда приехали? Из двухтысячного?
— Я тут стол вам сломал.
— Починим, — отмахнулся хозяин. — Я тебя знаю, ты всегда плов ешь. Теперь каждый день приходи, и тебя, и твою жену будем бесплатно кормить!
— Она не жена, — единственное, что смог вымолвить я.