Она не проявила интереса к результатам громадной работы, выполненной им самим или под его строгим надзором, не ответила ни на одно из писем, которые он передавал ей с посыльным.
– Как у вас дела?
– Хорошо. Марио, ты можешь разыскать для меня человека по имени Дженнаро Баранца? Мне нужно как можно скорее с ним повидаться.
В голосе Грациеллы Марио почувствовал холодок.
– Грациелла, ты должна со мной встретиться! Я проделал большую работу, чтобы улучшить ситуацию с налогами, однако нам необходимо еще поговорить о продаже компаний.
– В другой раз, Марио, сейчас я ухожу в суд. Не забудь, мне нужен Дженнаро Баранца, когда-то он работал на дона Роберто. Это очень важно.
– Но, Грациелла, то, о чем я говорил, еще важнее, ты должна заняться этим в первую очередь! Тебе надо… – В трубке стало тихо. – Грациелла, ты слушаешь? Прошу тебя, это просто безумие! Как ты велела, я уволил всех сотрудников, но ты хоть понимаешь, что делаешь? Все, что создал Роберто, на что он потратил жизнь…
Не позволив Домино закончить фразу, Грациелла повесила трубку.
– Продай все, избавься от всего."
"Грациелла хотела получить только наличные, чтобы поделить их между невестками и внучкой. Домино умолял ее не торопиться, подумать как следует, посоветоваться со знающими людьми, однако Грациелла оставалась непреклонной: все должно быть продано. Она даже велела ему выставить на продажу виллу «Ривера».
На следующее утро Марио Домино встал очень рано и поехал на виллу «Ривера», надеясь застать Грациеллу до того, как она уйдет в суд. На воротах стоял всего один охранник, да и тот открыл ворота, даже не спросив у Домино, кто он такой. Расстроенная Адина пожаловалась Марио, что ее хозяйка в последнее время очень мало ест и почти не спит.
– Она все слушает эти записи, я постоянно слышу голос дона… как будто в доме поселился призрак. Синьора так похудела, боюсь, она себя доконает, просто не знаю, что делать…
– Грациелла не показывалась врачу?
– Нет, синьор, не показывалась.
Домино вздохнул и похлопал служанку по плечу:
– Может быть, правда.