– Он медленно пошел к двери, но снова остановился, спиной к Пирелли. – Лука даже не попрощался со мной… Счастливого пути, комиссар.
– Подождите-ка, брат Гвидо… Вы не могли бы уделить мне несколько минут?
Молодой монах судорожно сцепил руки перед собой, дожидаясь, пока отец Анджело выйдет из комнаты.
– Все-таки мне надо помочь преподобному отцу. Он очень слаб… Монастырский дворик…
– Сам дойду, – донеслось до них, и Пирелли закрыл дверь.
– Вы последний, кто его видел. Почему раньше об этом не сказали?
– Я не думал, что это важно.
– Как знать… Брат Гвидо, я уверен, что Лука Каролла – очень опасный человек. Он убил по меньшей мере одного ребенка и, скорее всего, отправил на тот свет своего отца, Пола Кароллу.
Тихо охнув, Гвидо прижал ладони к лицу и, испуганно моргая, заговорил:
– В ту ночь, когда Лука уходил из монастыря, я был в часовне, возле склепа. Я преклонил колена в молитве, и он меня не заметил.
Пирелли положил руку монаху на плечо, побуждая его продолжать.
– Я видел, как он вошел и поставил на пол свою сумку – маленькую кожаную сумку, о которой я вам говорил, и футляр.
– Но не окликнули?
Гвидо покачал головой:
– Он стоял как изваяние и смотрел на крест… Его лицо… оно точно окаменело. Я еще никогда не видел, чтобы человек был так неподвижен…
Пирелли отпустил его плечо и отошел.
– Что было потом? – Он повторил свой вопрос, на этот раз более резко: – Что было потом, брат Гвидо?
– Я встал, обнаружив свое присутствие, и Лука превратился в дикого зверя.
– Он взял с собой только сумку? А футляр, который вы описывали, – вы его не видели?
Гвидо всхлипнул:
– Нет…
Пирелли склонил голову и перекрестился, прежде чем подняться следом за Гвидо по каменным ступеням к склепу. Он обошел массивный деревянный крест и посмотрел наверх.
Пирелли зашел в баллистическую лабораторию судебно-медицинского отдела и протянул футляр с револьвером, привезенный из монастыря.
– Проверьте это, срочно. Мне надо сравнить нарезку ствола с нарезкой пуль, которые извлекли из тел детей Лучано и Палузо. Ответ должен быть к вечеру.
Лаборант застонал, но отнес футляр к длинному столу, за которым работали трое мужчин. Пирелли пошел за ним.