Член оставался крепким.
Он — не кончал. Не мог. И становилось хуже и хуже — от силы, которая закручивалась вокруг них темной воронкой, кожа покрывалась мурашками. «Северянин» полу сидел на тахте, откинувшись назад, закрыв глаза и сжав зубы, позволяя ей делать всё, что угодно, и Лу — делала, но… ещё немного и сработают охранные артефакты комнаты, а там и второго яруса борделя… и как завтра над ней будут смеяться товарки — жрица Нимы не смогла удовлетворить мужчину. А жрицы не бывают бывшими.
— Отпусти контроль, — она мягко провела кончиками пальцев по подбородку, коснулась губ и тут же слетела с колен на пол.
— Не прикасаться, — рык тоже вибрировал от силы. — Не дотрагиваться. Делай свое дело.
— Я не могу, — она убрала из голоса все страстные нотки, оставив тон обиженной девочки. — Мне — мешают. Ещё немного, красавчик, и сработает защита, ты точно хочешь, чтобы охрана составила нам компанию, м-м-м?
Она мягко отошла подальше — плавно покачивая бедрами, и зарылась босыми пальцами ног в ковер — мягкость ворса успокаивала и возвращала спокойствие.
— Выпить? — произнесла она осторожно. Сир с самого начала то и дело посматривал на коллекцию бутылок на столике — на вкус самых взыскательных клиентов, как будто с трудом отрывая взгляд.
— Нет, никакой выпивки, — рык снизился ещё на несколько октав, и она с трудом удержалась от желания сорваться с места и рвануть за дверь.
«Счастливый лот, вечер удовольствия, ценная добыча» — как бы не так. Похоже, ей достался псих, который неясно как до сих пор сохранял остатки контроля.
Нима, мать милосердная, подскажи что делать?!
— Работай, — бросили ей презрительно. — Я заплатил.
— Не буду, — протянула она капризно. Стащила с кресла халат — полупрозрачный, со вставками из мирийского кружева, надела и туго затянула поясок. — Не буду и всё. Забирай свои деньги. И — убирайся.
— Р-р-р…
— Сердитый красавчик… раздраженный красавчик… си-и-ильный красавчик… — протанцевала она перед ним. — Сколько агрессии… и почти полное отсутствие контроля… Кого ты хочешь наказать? Ты же хочешь? — прошептала она с придыханием.
«Раз, два, три», — считала она шаги, «четыре» — прежде, чем она дошла до двери, её рванули назад за волосы, перебросили в воздухе, и с глухим рыком просто впечатали лицом в стену, задрав халат сзади.
«Пять».
* * *Она — почти мурчала.