В момент размещения заказа сир Иссихар ещё принадлежал роду Дан, а заказам от Наследников кланов присваивался второй приоритет — выше только заказы от Глав. Но при этом внутренние просьбы «своих», особенно оплаченные сразу звонкой монетой, а не в отработку или долг — получали приоритет один, а господин Дан все-таки будущий Я-Син Северного предела. Но Я-син не представленный официально, и не вступивший в полномочия, но при этом — «свой». Приказ о назначении уже был подписан, и о нем знали все допущенные во внутренний круг, но при этом господин Дан ещё не вступил в должность и не был представлен официально северному отделению клана.
«Почти свой» — поправился Казначей. «Так первый приоритет или нет?»
С другой стороны господин Иссихар вчера подал прошение о выходе из клана Дан. Прошение, которое удовлетворили, и теперь он — не клановый, и не — Наследник, то есть «второй приоритет» — снять.
Зачем «выходить» Казначей понимал слабо — клановая политика всегда очень сложна и извилисты пути её, как змеиный след на песке.
А ещё это первый заказ с таким уточнением за последние двести пятьдесят зим на все пять Пределов.
Уточнение было вынесено отдельно и помечено грифом «особые обстоятельства» — пропавший «объект» официальная, хоть и ещё не объявленная невеста господина Дана.
Невеста Я-сина.
Но как будто всего этого было мало! Сам заказ господин Дан разместил до того, как изменились обстоятельства.
Деньги не терпят импровизаций.
Заказчик в состоянии сам обеспечить защиту объекта — в этом случае заказ должно снять. Заказчику самому может потребоваться защита — в этом случае заказ следует пустить в работу.
С другой стороны — приказов свыше не поступало. На последнем совещании докладывали, что преторианцев вели прямо до дома господина Дана. Раз команды не было — это большая игра Я-синов, и не по статусу ему вмешиваться.
Но и это ещё не всё, Немес его храни!
Ещё с господином-бывшим-Даном присутствовал этический момент.
Там где деньги — всегда есть место этике.
Казначей вздохнул.
Предыдущий заказ они провалили."
"«Охрана Наставника Чи в городской тюрьме».