«Запереть дверь плетениями» — кольца щелкнули и девушка выполнила приказ.
«Поставить двойной купол тишины»— кольца щелкнули ещё раз.
«Как тебя зовут?» — спросила я окаменевшую фигуру с бессмысленно застывшими в одной точке глазами.
«Лу».
«Ты уже видела подобный артефакт?» — я кивнула на коробочку в ладони.
Лу кивнула.
«Отвечай на вопросы вслух прямо и четко».
«Да».
Артефакт работал.
Я выдохнула и начала быстро задавать вопросы один за другим.
Лу работала в борделе, одном из элитных в Хали-баде.
Те, кто носит печати, могут чувствовать носителя, только в случае прямого призыва, но на определенном расстоянии — Лу не смогла ответить на каком. В южном пределе призыв ощущался трижды — но призвали лично ее лишь единожды — сейчас.
И я выдохнула.
Значит только у Феникса и у меня.
Лу переехала из Столицы на Канун зимы, потому что стало неспокойно. Слово «неспокойно» — заело, и я поняла, что бесполезно пытать дальше, если это был приказ — она не скажет. Печати ставили всем «элитным девочкам» в столичных домах удовольствий, так она слышала. У них — получили все девочки на ярусе. Татуировки украшали спину — я заставила Лу показать.
Трогать печать запрещено, пытаться стереть или уничтожить — тоже.
«Будет больно» — это всё, что пояснила Лу. «Думать об этом тоже больно».
Пройти проверки, которые проводились, чтобы выявить носителей татуировок и получить значок «чистого» очень просто — Лу показала свой. Десять империалов магу проверяющему, десять посреднику и столько же в общую кассу — и значок твой. Ты — чиста.
Псаковы долбанные чинуши!
«Скольких с печатями ты знаешь?»
«Двое девочек в борделе и один клиент, которого ей довелось принимать лично».
«Кто клиент?»
«Высокий сир, советник градостроителя по хозяйственным вопросам».
Сопротивляться приказу артефакта Лу не пробовала, приказ можно отсрочить, можно приказать забыть, можно приказать всё, что угодно, кроме одного — избавиться от печати. Я попробовала — и сразу отменила. Объяснять наличие трупа посетителя в комнате храма будет сложно.