Это стало понятно сразу, на ступенях храма, куда его привезли в паланкине, помогли сойти, но дальше он отбросил руки охраны в сторону и шагал сам. На каждую ступеньку — шаг, пол мгновения отдышаться и снова шаг.
Мы поднимались до дверей ровно десять мгновений. И ещё пятнадцать — пересекали храм до алтаря, расположенного в дальней части зала."
"Выглядел Иссихар плохо — почти серая кожа, и бисеринки пота на висках, и тщательно замазанный фингал на скуле. Я терпеливо следовала за его плечом, благодарная за всё, что он сделал.
То, что у меня новый южный временный Учитель по алхимии я узнала от Фей-Фей, назначенный Наставником Варго — совершенно официально. Я так и не поняла, как они это успели провернуть — программа обучения, план проведения экспериментов, список обязательных ингредиентов на закупку — именно их мне предъявляли в вину дознаватели, и мне даже был предоставлен личный испытуемый — Яванти.
Утром, после смерти Феникса, Яванти с поклоном — лично в руки, доставил мне большую коробку, перетянутую лентами в цветах Данов — белый и золото, там лежал полный набор целительских эликсиров отличного качества, мази в горшочках, новый комплект защитных колец — с оттиском Гильдии артефакторов на каждом, и… две совершенно новых нефритовых флейты, наличие которых я сочла откровенной насмешкой, учитывая обстоятельства.
Играть я не могу ещё как минимум восемь декад.
А через шестьдесят мгновений после получения-даров-от-Данов, я получила копию свидетельства о разрыве помолвки.
Но не поэтому я тихо и терпеливо дышала в спину Иссихару, когда он, прикладывая усилия, с передышками, делал самостоятельно шаг за шагом.
А из-за того, что тогда передал на словах толстяк Яванти.
«Потеря Наместника — это траур для всего Юга. Мы скорбим всем пределом, госпожа, так же, как скорбим по каждому из слуг в резиденции Наместника».
«Во время… прорыва… не выжил никто?» — уточнила я, задержав дыхание.
«Никто» — очень скорбно подтвердил Яванти. — «Скончались все. Личные слуги будут посмертно представлены к награде — чтобы поощрить доблесть вассалов, защищавших своего сюзерена до последнего.
«Совершенно точно никто?» — переспросила я въедливо. — «Вы можете поклясться силой?»
«И — силой, и здоровьем моего единственного господина… которому так не повезло встретить на своем пути такую… такие препятствия».
«Берегите себя, Яванти. Вы неважно выглядите. Господин нуждается в вас» — добавила я сладко.