Нет, ну как он всё-таки мог?! Ведь я… я… я отдала ему лучшие пятнадцать минут своей жизни! От сердца оторвала! Да я уже мысленно платье свадебное пошила и тётю Тамару, троюродную золовку внучатой племянницы из Житомира на свадьбу пригласила, а он! Негодяй, бросил меня практически у алтаря! А я-то, дура, размечталась уже, что мы теперь каждый день будем кататься на санках и целоваться в сугробах!
Голова закружилась, я вцепилась в край стола, пытаясь сопоставить факты: поцелуй, вчерашний разговор с полковником на кухне, звонок Томаша… Обиделся, что ли, из-за чеха? Ничего не понимаю…
— И даже не попрощался, — пробормотала, закусив губу.
— Сказал «так надо», — Кир протянул мне чашку с кофе. — У вас ведь тоже закрутилось с ним, да?
— Ну, если поцелуй в сугробе — это закрутка, то он просто обязан теперь на мне жениться.
Я отставила кофе и посмотрела в окно. Пасмурное мрачное утро… Какое отвратительное начало года. Настроение на нуле, на душе кошки скребут.
Чёрт, вот почему всё так? Получается, босс меня реально кинул… Типа, знай своё место.
Нет, рыбу я, конечно, люблю, особенно жареную, в кляре. Но я ведь всё равно лучше! И костей во мне меньше.
— Идём будить Лесю, — Кир прикоснулся к моему плечу.
— А? — я встрепенулась и вместо ответа бросилась вон из кухни.
— Эй, ты куда?!
— Домой! Я уезжаю немедленно, сию минуту…
Да-да, валить отсюда, как будто меня здесь и не было!
Я взлетела по лестнице на второй этаж, отсчитала третью дверь направо. Ворвалась в комнату и заметалась в поисках своей сумки. Зацепилась за ковёр и чуть не упала.
— Ника, это ты там? — из ванной выглянула лохматая, ещё не совсем проснувшаяся Леська. — Что случилось?
— Он меня унизил, растоптал, разрушил все мои мечты… Ненавижу! — я всхлипнула, отвернувшись — И… и выйду замуж за первого встречного! Нет, лучше всё же за Томаша…
— Что? Что он тебе сделал?
— Ничего, он просто сбежал.
— Погоди, — Леська подошла и протянула мне салфетку. — Давай всё по порядку. Мы ведь о Леониде говорим, так?
Я молча высморкалась.