Белые искры снега

Посредине зала стояли Настя Мельникова со своей подружкой-водителем, которую Зарецкий сначала принял за парня, а путь по направлению к двери им перегораживали двое тех самых, как сказал Ярослав, бычар, которым от имени Мельниковой была отправлена бутылка вина. Что они говорили девушкам, парни не слышали, зато видели, как презрительно на них смотрит Настя и как мрачно – Ранджи. Один из парней попытался обнять Мельникову, однако взаимности не получил – она оттолкнула его.

Он усмехнулся и нагло провел пальцами по ее щеке и шее, за что был удостоен гневных слов. Затем он, с неприятным смехом что-то говоря, попытался напоить Настю из своего бокала, доверху наполненного вином – видимо тем самым, которое прислал им коварный Ярослав. Девушка вновь увернулась и с вызовом что-то сказала, на что получила, видимо, какой-то совсем нехороший ответ, потому как мгновение спустя каким-то невероятным образом бокал с вином очутился в ее руке. Миг – и содержимое бокала оказалось на парне. Он заорал на весь зал, используя при этом только лишь ненормативную лексику, и замахнулся на храбрую Настю, однако его руку весьма умело перехватила Ранджи. А после ударила его по скуле – да так, что парень полетел на пол.

– Сильна-а-а, – уважительно произнес Шейк, наблюдая за происходящим. – Как смачно ему в щи дала. Вот это девочка. Хочу с ней поближе познакомиться. – Он стряхнул с себя оцепенение.

 – Слушай, – забеспокоился парень с хвостиком, наблюдая за всем этим действом, – а ты не переборщил?

– Не ты, а мы, – тут же отозвался Ярослав, – ты в этом тоже участие принимал. Прямое.

Однако судя по его нахмурившимся бровям, и он не ожидал от своей выходки такого эффекта. Зарецкий думал, что бычары попристают немного ко Дну и ее подружке, попортят настроение и отвалят. Кто же знал, что они такие чокнутые! И Мельникова хороша! Облила вином!

– Эй, урод, не лезь к девушке! – заорал вдруг Шейк, видя, как второй парень хочет ударить Ранджи, и, прежде чем друг успел хоть слово молвить, кинулся ее спасать, в три прыжка оказавшись рядом.

Драться он умел и любил. И, конечно же, практиковал. Чаще всего, конечно же, в спортивном зале, но и на улице тоже, бывало, разминался.

С большой неохотой следом за другом последовал и Ярослав, ругаясь про себя на чем свет стоит.